Савельев настоял на срочном привлечении очень опытного консультанта-психолога из столицы. Это был профессор Виктор Нефедов, ведущий и признанный специалист по составлению профилей серийных преступников. Седовласый интеллигентный интеллектуал в строгих очках несколько дней дотошно и скрупулезно изучал материалы дела.
Его финальные аналитические выводы заставили даже самых опытных следователей содрогнуться от ужаса. «Ваш подозреваемый, — уверенно сказал эксперт, меряя шагами тесный кабинет, — далеко не обычный корыстный грабитель. Деньги для него не цель, а лишь сильно раздражающий символ чужого, незаслуженного успеха».
«Он убивает ради своей глубоко искаженной идеи и относится к так называемому типу «обиженных». Вероятнее всего, он вырос в крайне неблагополучной среде или вовсе был одиноким сиротой. В раннем детстве маньяк перенес тяжелейшую психологическую травму, связанную с глубоким, публичным унижением».
«Возможно, это травмирующее унижение исходило именно от властной и авторитарной взрослой женщины. Его жертвы — отнюдь не случайные люди, оказавшиеся не в том месте и не в то время. Он целенаправленно и тщательно выбирает тех, кто символизирует власть и подавляющее женское доминирование».
«Этот сломанный человек маниакально ищет мести, и каждое новое убийство для него — священный акт восстановления справедливости. Он никогда не остановится по собственной доброй воле или из-за внезапного раскаяния. Преступник будет жестоко убивать снова и снова, пока вы его наконец не поймаете».
«Ищите его там, где социальные контрасты бросаются в глаза своей вопиющей несправедливостью. Тщательно проверяйте крупные рынки, грязные строительные площадки и суетливые, безликие вокзалы. Он хочет всегда быть рядом со своими жертвами, оставаясь при этом абсолютно невидимой частью серой массы».
Профессор мрачно резюмировал, что правоохранители имеют дело с опасным человеком-тенью. Составленный им психологический портрет оказался пугающе точным, глубоким и очень детальным. Савельев немедленно приказал проверить абсолютно всех бывших воспитанников интернатов, приютов и детских колоний.
Предстояла поистине титаническая, изматывающая бумажная работа с сотнями, если не тысячами личных дел. Списки подозреваемых были настолько огромными, что на их качественную проверку могли уйти долгие годы. Кравцов тем временем даже не подозревал, что за ним уже ведется полномасштабная, масштабная охота.
Он хладнокровно и методично готовил финальный аккорд в своей затянувшейся истории со Светланой Орловой. В один из холодных вечеров бизнес-леди, как обычно, закрывала свой просторный цветочный павильон. Послушный разнорабочий безропотно и тихо помогал ей с выносом тяжелых коробок.
«Андрей, — повелительно скомандовала она, раздраженно запирая замки, — отвези меня сегодня домой на моей машине. Я смертельно устала за этот день, а мотор что-то опять капризничает». Это было именно то самое предложение, которого маньяк так долго и терпеливо ждал.
Он послушно и молча сел за руль ее комфортабельного, дорогого седана. Светлана вальяжно опустилась на пассажирское сиденье и начала громко раздавать указания дочери по мобильному телефону. Ее интонации снова звучали привычно резко, властно и бескомпромиссно авторитарно.
Внезапно покорный водитель резко свернул с хорошо освещенной оживленной трассы на темную, ухабистую грунтовую дорогу. «Ты куда это едешь?» — недовольно и крайне удивленно спросила возмущенная пассажирка. «Я же хорошо знаю дорогу, мадам, так будет гораздо быстрее», — невероятно тихо и спокойно ответил он.
Она даже не успела ничего осознать, возмутиться или по-настоящему испугаться. Удар его огромного пудового кулака был невероятно страшен и вырубил женщину мгновенно. Дальше все пошло по его давно отработанному, кровавому и проверенному сценарию.
Знакомый заброшенный детский лагерь, сырой вонючий подвал и верный острый инструмент в дорожной сумке. Но на этот раз его идеальный, безупречный план дал небольшую, но фатальную трещину. Убийца слишком торопился избавиться от тяжелых мешков, так как на горизонте уже начинало предательски светать.
Один из страшных свертков, сброшенных с высокого моста, был крайне плохо утяжелен камнями. Вместо того чтобы сразу пойти ко дну, он намертво зацепился за скрытую прибрежную корягу. Скрытый мутной водой, брезентовый мешок так и не был унесен сильным течением реки…
