Жизнь без прикрасТарик посмотрел на неё.
— Вы успели поговорить с моей матерью?
— Немного. Она сама подошла.
— Какое у вас впечатление от неё?
— Честный человек. Редко встречается такая честность.
— Да, редко, — согласился он.
Разговор продолжался ещё почти час, хотя именно на час Ирина и отпросилась. Время она проверила лишь тогда, когда официант принёс счёт, и сама немного удивилась.
Говорили о работе, о жизни вдали от дома: знаешь, что это временно и однажды вернёшься, но точного срока назвать не можешь. О тёплом солнечном Дубае в декабре, когда внутри всё равно остаётся декабрь — не погода, а что-то иное. Вспомнили музыку: Ирина рассказала, что в последние годы мама преподавала фортепиано; Тарик — что отец любил классику всю жизнь и передал эту любовь сыновьям, ему и братьям. Заговорили и о маленьких вещах, которые увозят с собой при переезде: нужны они не для дела, а потому, что без них трудно.
Ирина уже поднялась из-за столика, когда Тарик заговорил:
— Мне хотелось бы, чтобы наше знакомство на этом не закончилось. Если вы согласны.
Она остановилась.
— Необычно вы это сказали.
— Зато именно то, что хотел. Ни прибавлять к своим мыслям, ни убавлять от них я не хочу.
— Хорошо, — ответила она наконец.
За следующие две недели в её работе ничего не переменилось: смены, уборка номеров, полотенца, шампунь. Но теперь раз в два-три дня среди привычных дел появлялось короткое сообщение от Тарика. Он спрашивал, как прошёл день, или писал о чём-нибудь определённом. От этого знакомая жизнь казалась немного странной — и странность была приятной.
Одно сообщение заставило Ирину остановиться. Читая о пианистах XX века, Тарик нашёл сведения о конкурсе, в котором участвовала Елена. Ирина написала: «А как вы узнали, что мама там выступала?» Ответ пришёл такой: «Кое-что поискал. Надеюсь, вас это не смущает».
Она подумала: неожиданно, конечно, но ничего странного здесь нет. Должно быть, ему тоже хотелось найти конец нити, которую оставил отец: узнать не только имя девушки из столицы, но и то, какой стала её жизнь после тех вечеров.
Ирина собиралась написать о матери, но заранее не обдумывала ни длину письма, ни то, что в него войдёт. А получилось несколько абзацев: за одним воспоминанием приходило другое. Елена преподавала строго, с учениками была требовательна, но всегда справедлива. По воскресеньям поливала герань. Когда Ирина была маленькой, вечерами читала ей вслух — не книжки для детей, а те взрослые книги, которые читала сама. Для дочери лишь немного меняла интонацию; сами книги оставались взрослыми. Ирина писала об этих привычных домашних вещах, о том, какой помнила мать. Вспомнились и закаты: Елена смотрела на них с таким видом, будто умела ценить всё, за что не нужно платить.
Через час Тарик ответил: «Спасибо вам. Мне важно узнать об этом».
До его отъезда из Дубая они увиделись ещё три раза. В первую из этих встреч к ним в лобби-бар пришла Ясмин: ей хотелось поговорить с Ириной. На ней было тёмно-синее платье; она была спокойна и без долгих вступлений перешла к разговору. За чаем они просидели час.
Ясмин говорила медленно, с осторожностью подбирая слова на родном языке Ирины. Они давались ей нелегко. О тех трёх вечерах Юсуф вспоминал в разные годы: иногда вскользь, когда речь заходила о Восточной Европе, иногда рассказывал подробнее.
— Как-то поздно вечером мы остались вдвоём, дети уже спали, — рассказывала Ясмин. — И он вдруг сказал: «Знаешь, я порой вспоминаю ту девушку из столицы. Не в том смысле, какой ты можешь подумать. Вспоминаю, как хорошо она играла». Я ответила: «Знаю». Больше ничего.
— А ревность была? — спросила Ирина.
Ясмин ответила не сразу.
— Была. Только не к вашей матери. К тем трём дням. Там Юсуф мог забыть о семье, об имени, обо всём, что обязан делать. Оставался человек, который приехал в чужой город и слушает музыку. — Она слегка улыбнулась. — Это совсем другая ревность.
— Вы тоже умеете быть честной, — сказала Ирина, глядя на неё.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.