Жизнь без прикрас— Иришка, ты к матери на праздник собралась? — спросила она шёпотом. Вернее, старалась шептать: из-за глухоты, наверное, кричала.
— Собралась, тёть Галь. А что?
— Не вздумай, девка. Подлянку они готовят. Вчера Ленка попросилась на моём принтере напечатать — своего у них нет. Разрешила. Она лист в лотке забыла. Я в очках поглядела — счёт!
— За что?
— За детство! — От возмущения тётя закашлялась. — Твоё детство, Иришка. За кормёжку, за питьё. Три миллиона насчитали. Трусы, сопли твои, материнские нервы — всё туда. На юбилее собираются вручить, перед гостями. Слышала я, как на площадке ржали. «Она же при всех от стыда сгорит, мам», — говорит Ленка. А мать ей: «Пускай. При людях отказать не посмеет, заплатит как миленькая. А откажется — весь город узнает, что за неблагодарная тварь». Вот что они придумали, Иришка.
Я молчала, слушала её тяжёлое дыхание.
— Слышишь меня? — продолжила тётя Галя. — Говорю, не ходи!
— Слышу, тёть Галь. Бумага у вас осталась?
— Я спрятала. Подумала, может, нужна тебе будет.
— Нужна. Снимите её на телефон, пожалуйста, и пришлите мне.
Спустя полчаса я рассматривала фотографию. Плотный глянцевый лист с вензелями, наверху крупно: «Счёт за детство». Дальше питание, одежда, обувь, школьные расходы, секции, лечение, коммуналка. Отдельная строка — «Мои нервы»: шестьсот тысяч. Внизу итог — три миллиона и мамина рукописная приписка: «Оплатить до 31 декабря, иначе ты мне не дочь».
От этого листа сначала было больно. Я долго не отводила глаз, а потом рассмеялась. Одна на кухне, вслух, до боли в животе.
Секции она мне посчитала. За всё детство я ходила только на шахматы при школе — бесплатно. Балет, гимнастика, вокал, модельная школа были у Елены.
Смех прошёл, и я почувствовала удивительное спокойствие. Такое знакомо мне по ночной трассе: впереди никого, позади длинная дорога, а я точно знаю, куда еду.
В кабинете я открыла сейф и вынула тетради: четыре мои, толстые, в клеёнчатых обложках, и пятую — последнюю папину, которую привезла от тёти Оли. За пятнадцать лет в моих журналах накопились записи обо всех переводах. Теперь предстояло проверить каждую сумму, дату, каждый сохранившийся чек.
В пятницу вечером после работы я села за подсчёты. Рядом с тетрадями лежала отдельная папка с банковскими выписками: их я тоже хранила пятнадцать лет. Запись в журнале сверяла с выпиской, потом переходила к следующей. Папа бы понял, зачем мне понадобилось столько лет беречь эти бумаги.
В субботу, за шесть часов до юбилея, мой счёт был готов. На поиски шаблона в интернете ушло пять минут — с изобретательностью у Ленки оказалось негусто. Я распечатала свой текст на плотной глянцевой бумаге. По краям шли те же вензеля, что на мамином листе; отличался только заголовок.
Потом набрала Теслю. Мой первый начальник давно вышел на пенсию, но мы время от времени созванивались.
— Тесля, вот скажи: окажись ты на моём месте, пошёл бы к матери на юбилей?
Он молча выслушал всё: про приготовленный мне счёт, мои журналы, найденную папину запись о деньгах. Когда я закончила, в трубке ещё долго слышалось его кряхтение.
— Лёнька пошёл бы, — ответил он наконец. — От драки твой отец не бегал, хотя сам никогда не лез первым. Поезжай, Леонидовна. И вот что: бери фуру. Его фуру. Пускай увидят, кто ты такая и кем был твой отец. Довольно тебе прятаться.
Я обдумала его слова и согласилась: он прав.
К вечеру я переоделась в белую рубашку и тёмно-синий брючный костюм — строгий, дорогой, сшитый на заказ. Собрала волосы в узел и подошла к зеркалу. Мамины слова про мазутную Иринку, про позорище к этому отражению не подходили. Перед зеркалом стояла Ирина Леонидовна Кравец, генеральный директор компании «Кравец и дочь». У меня было двенадцать фур, тридцать водителей и контракты с тремя крупными сетями.
Счёт отправился в папку к журналам и выпискам. Я вышла в гараж, запустила двигатель отцовского Volvo, и кабина отозвалась знакомой дрожью и гулом. С приборной панели на меня смотрела папина фотография.
— Ну, пап, едем к маме.
До шести вечера оставалось двадцать минут.
Поделитесь впечатлением от истории
1Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.
В начале рассказа было недоумение - как так мать двоих дочек и так со старшей.... Где же та совесть и честь... А в конце наревелась , ведь и вжизни так бывает , что не ценят то , что даётся от чистого сердца , воспринимают как должное.... Спасибо за публикацию👍👍👍👍