Эффект бумеранга: идеальный ответ невесты родственникам, решившим о ее при всех

«Я никогда в жизни не хотел быть с тобой, клиническая идиотка!» — орал он так, что срывался голос. Богдан был багровым от неконтролируемой ярости. Весь его привычный, лощеный фасад благородного джентльмена стремительно рушился прямо на глазах у сотни людей. «Ты специально залетела, чтобы меня подставить и привязать к себе на всю жизнь! Ты серьезно думала, что я брошу успешного, богатого адвоката ради малолетней девчонки без работы, которая до сих пор живёт с мамочкой?»

«Этот ребёнок может быть даже не мой! Ты распущенная девчонка, которая путается с кем попало!» Катерина не выдержала этих слов и начала громко, в голос, истерично рыдать. Весь нарядный зал мгновенно превратился в один сплошной, неконтролируемый и орущий хаос. Моя разъяренная тётя всё ещё пыталась прорваться с кулаками к моей матери, выкрикивая самые страшные оскорбления. Мой опозоренный дядя жалко пытался перед ней оправдаться и объясниться, но никто не хотел его даже слушать.

Родители Богдана смотрели на всё происходящее в абсолютном, немом ужасе. Жгучий, невыносимый стыд за сына был ясно написан на их красных лицах. Гости возбужденно шептались, продолжали снимать видео, а некоторые уже спешно, бочком уходили к выходу. И тогда жалкий, загнанный в угол Богдан снова повернулся ко мне. Он полностью сменил позу и тактику поведения.

Он включил свой самый мягкий, вкрадчивый голос, сделал щенячьи глаза и умоляюще протянул ко мне руки. «Алена, любимая моя, пожалуйста, выслушай меня. Я так ужасно, непоправимо ошибся. Я знаю, что совершил огромную ошибку, я был полным идиотом, подлецом, называй как хочешь. Но теперь мы с тобой официально женаты. Клянусь тебе всем святым на свете, я обязательно изменюсь. Клянусь, что всегда буду тебе верным мужем до конца своих дней».

«Мы можем вместе это преодолеть, я знаю, что мы точно справимся. Нет, Алена, пожалуйста, не уходи, дай мне всего один шанс. Я люблю тебя, я правда тебя безумно, больше жизни люблю! То, что случилось с Катериной, было глупой ошибкой, минутной мужской слабостью, которая ничего не значит. Но ты — единственная, неповторимая женщина моей жизни, ты…» «Нет», — твердо и холодно отрезала я.

Я спокойно, без лишних эмоций сняла белую фату со своей головы. Я небрежно уронила ее прямо на грязный пол алтаря. «Мой личный адвокат по бракоразводным процессам обязательно свяжется с тобой в понедельник рано утром». И я гордо ушла, не оглядываясь. Я уверенно прошла по центральному проходу мимо шокированных, расступающихся гостей и вышла из этого душного зала. Галина и Дарина тут же, не сговариваясь, преданно пошли за мной следом.

По одной с каждой стороны, они выглядели как настоящие, суровые телохранители в красивых праздничных платьях. «Моя машина стоит ближе всех», — сказала Дарина, уже деловито хватая меня за руку. Мы быстро сели втроем в её прогретую машину. Я устроилась на заднем сидении, а Галина села рядом, крепко держа мою холодную руку в своих теплых ладонях. Дарина быстро завела мотор, не говоря больше ни единого слова.

И с громким визгом покрышек она рванула с места. В зеркале заднего вида я видела, как потрясенные люди массово выходят из зала на улицу. Этот безумный хаос стремительно расползался по всей парковке. Моя раздавленная мать горько плачет, а моя обманутая тетя громко кричит на мужа. Богдан в панике бежит по асфальту за нашей уезжающей машиной.