Нина вынула фотографию и порвала на мелкие кусочки.
На полке в шкафу Артёма она нашла серебристый портсигар Раисы Павловны. Пустой. Свекровь, видимо, забыла его. Нина повертела коробочку в руках и бросила в пакет с мусором.
К вечеру почти всё было собрано. И тут раздался звонок в дверь.
На пороге стояла Раиса Павловна. Она выглядела плохо: бледная, похудевшая, с тёмными тенями под глазами. От прежней властности почти ничего не осталось.
— Можно войти? — тихо спросила она.
— Зачем?
— Поговорить.
Нина поколебалась, но пропустила её. Игорь Степанович вышел из комнаты и молча встал в дверном проёме, готовый вмешаться.
— Я пришла извиниться, — сказала Раиса Павловна, не поднимая глаз. — Я была неправа. Во всём.
Нина растерялась.
— Я не знаю, что ответить.
— Ничего не отвечай. Просто выслушай. Я всю жизнь боялась остаться одна. Когда мужа не стало, Артёму было десять. Я вложила в него всё — силы, страхи, жизнь. А когда он женился, испугалась. Решила, что стану лишней. Что он забудет меня. И начала бороться не с тобой даже, а со своим страхом.
Она тяжело вдохнула.
— Только боролась я грязно. Ревновала, врала, придиралась. Хотела доказать, что я важнее. А в итоге потеряла всё.
Нина молчала. Жалость на мгновение шевельнулась, но не смогла вытеснить память.
— Вы довели моего ребёнка до больницы. Вы оболгали меня. Вы пытались подставить меня перед полицией.
— Знаю, — прошептала Раиса Павловна. — И оправдания этому нет.
Она повернулась к выходу, но у двери остановилась.
— Портсигар… Если найдёшь, верни. Он остался от моего отца. Единственная память.
Нина молча достала серебристую коробочку из мусорного пакета и протянула ей.
Раиса Павловна взяла портсигар обеими руками, будто это была хрупкая вещь.
— Спасибо, — сказала она и ушла.
Нина долго смотрела на закрытую дверь. Простить она не могла. Но ненависть больше не казалась необходимой.
Через месяц жильё продали. Нина получила компенсацию и деньги по соглашению. Этого хватило на небольшую, но уютную квартиру в новом доме рядом с зелёным сквером. Она сделала ремонт по своему вкусу: светлые стены, тёплый пол в детской зоне, открытые полки с книгами, мягкий ковёр для Сёмы, маленький рабочий стол у окна.
Это было не роскошное жильё. Но оно было её. Без дыма. Без крика. Без чужих шагов за дверью.
Артём исправно платил алименты и виделся с сыном по выходным. Их общение с Ниной стало прохладным, но вежливым. Он так и не съехал от матери. Общие знакомые рассказывали, что он часто менял работу, стал раздражительным и замкнутым. Его карьера после скандала пошла вниз.
Нина не злорадствовала. Ей было грустно. Всё могло сложиться иначе, если бы Артём однажды нашёл в себе силы стать взрослым и выйти из материнской тени. Но он сделал свой выбор. А она — свой.
Прошло два года….
