— Я на минуту, — сказал он и вышел в коридор.
Как только дверь прикрылась, воздух в гостиной будто стал тяжелее.
— Ну что, довольна? — прошипела Раиса Павловна, поднимаясь. — Развалила семью, оставила моего сына без дома.
— Это был его выбор.
— Его выбор? — Артём резко шагнул вперёд. — Это ты всё устроила. С самого начала хотела развода и имущества.
— Успокойся, сынок, — Раиса Павловна положила руку ему на плечо. — Не трать силы. Она всё равно ничего не получит.
Нина почувствовала, как страх подступает к горлу.
— Что вы задумали?
Свекровь подошла к серванту, где когда-то стояли свадебные фотографии, и достала маленькую шкатулку.
— Узнаёшь?
На бархатной подкладке лежали украшения: серьги, кольца, тонкая цепочка.
— Это мои вещи, — удивилась Нина. — Я думала, они потерялись при переезде.
— Не потерялись, — усмехнулась Раиса Павловна. — Ждали подходящего момента.
Она резко распахнула окно и, прежде чем кто-то успел среагировать, закричала:
— Помогите! Грабят!
Шкатулка полетела вниз. С улицы донёсся звон разбитого стекла.
— Что вы делаете? — выдохнула Нина.
— Мама! — Артём бросился к окну, но было поздно.
Входная дверь открылась. На пороге появились двое сотрудников полиции. За ними стоял Игорь Степанович с каменным лицом.
— Здесь вызывали полицию? — спросил один из сотрудников.
— Да! — тут же заголосила Раиса Павловна, указывая на Нину. — Она ворвалась, угрожала мне, украла мои украшения, а потом выбросила их в окно, чтобы скрыть!
Полицейские посмотрели на Нину. Она стояла бледная, не сразу находя слова. Всё происходящее было настолько абсурдным, что напоминало дурной сон.
— Пройдёмте с нами, — сказал второй сотрудник.
— Подождите, — вмешался Игорь Степанович. — Это ошибка. И здесь сейчас совершается другое преступление.
— Да кто он такой? — вскрикнула Раиса Павловна. — Он её отец, он её покрывает!
Игорь Степанович спокойно достал телефон.
— Я долго работал со следствием. Привычка фиксировать важные разговоры осталась. Особенно когда приходишь на встречу с людьми, которым не доверяешь.
Он нажал кнопку.
В комнате прозвучал голос Раисы Павловны:
«Ну что, довольна? Развалила семью… Думала, мы просто так отдадим тебе квартиру?»
Запись продолжалась. Был слышен её крик: «Помогите! Грабят!» Потом — звук распахнутого окна.
Лицо свекрови менялось на глазах. Уверенность уходила, злость растворялась, оставался голый страх.
Артём сел на диван и схватился за голову.
Полицейские переглянулись.
— Значит, объяснения теперь будете давать вы, — сказал старший, повернувшись к Раисе Павловне.
Но главный удар был ещё впереди.
Нина, до этого молчавшая, шагнула вперёд и посмотрела на Артёма.
— А теперь самое интересное. Помнишь, ты кричал: «Замолчи. С какой стати ты распоряжаешься моей матерью?»
Он поднял на неё затравленный взгляд.
— Так вот. Я Нина Сазонова. Женщина, которую ты предал. Мать твоего сына. И человек, которого вы оба пытались обмануть.
Она достала из сумки сложенный лист.
— Лариса Викторовна проверила документы перед подписанием. Выяснилось, что квартира была подарена тебе задолго до брака. По закону она не делится. Значит, ты не мог передать мне её как совместное имущество. Ты предлагал мне отказаться от заявления в обмен на то, что и так никогда не принадлежало мне.
В комнате стало так тихо, что было слышно, как дышит Раиса Павловна.
Артём взял лист дрожащими пальцами. Это была официальная выписка из реестра недвижимости. Там ясно значилось: собственником жилья он стал задолго до брака.
— Откуда ты узнала?
