Жизнь без прикрасДо выезда Максим почти не спал. Старые кошмары тут были ни при чём: он боялся подвести Дружка. Раньше всё было понятно — решившись на риск, человек сам принимал последствия. Пёс же доверял ему безоговорочно. Он не знал, зачем проводится операция, почему нужен именно этот запах и чем может обернуться ошибка. Он шёл туда, куда его вёл Максим.
Около полуночи они выехали из города на север. Максим большую часть дороги молчал. Дружок лежал на пассажирском сиденье и иногда поднимал голову, когда машина меняла скорость.
Ближе к двум часам ночи показались портовые огни. Над терминалами торчали краны, словно металлические скелеты; сквозь туман проступал жёлтый свет фонарей. Темноту наполняли удары контейнеров, тяжёлый рокот дизелей и далёкие судовые сигналы. Машина ещё не остановилась, а Дружок уже поднялся.
— Тихо. Пока осмотримся, — сказал Максим, положив руку ему на шею.
Андрей ждал возле мобильного командного пункта. Рядом находились сотрудники нескольких ведомств и мужчина лет пятидесяти: тёмная куртка, усталое раздражённое лицо. Максим сразу узнал в нём руководителя операции. Лисовский посмотрел на человека, затем на пса, задержавшись взглядом на его задней лапе.
— Коваленко, надеюсь, это не тот резерв, который вы мне обещали?
Андрей вздохнул.
— Знакомьтесь: Максим Гончар и Дружок.
— Собаку я заметил. Объясните, отчего она хромает.
Максим ответил сам.
— Врождённый дефект сустава. Давняя проблема.
— И с такой собакой вы намерены искать взрывчатку в действующем порту? — Лисовский посмотрел на него с недоверием.
— Доказывать вам что-либо я не приехал. Сектору нужна ещё одна проверка. Мы попробуем.
— Его уже проверяли сертифицированные собаки.
— Мне сказали.
— Лучшие в подразделении.
— Об этом тоже.
Капитан явно рассчитывал на спор. Отсутствие возражений раздражало его ещё сильнее, чем раздражил бы спор.
— Даю сорок пять минут. Затем администрация возобновляет коммерческое движение. Из-за непроверенных сведений и вашего домашнего эксперимента терминал закрытым я держать не буду.
Максим без ответа надел на Дружка рабочую шлейку и пристегнул длинный поводок. Андрей наклонился ближе.
— За погрузчиками начинается сектор четыре. Центральный проход и восточную линию мы уже прошли.
— Как дует?
— С моря. Ветер меняется.
По лёгкому туману между контейнерами Максим проследил его движение.
— Пойдём с запада.
Лисовский собирался вмешаться, но Максим уже присел перед Дружком. Обхватив его голову ладонями, он несколько секунд смотрел псу в глаза.
— Спокойная работа. Спешить не надо.
Дружок замер. До этого его внимание занимали люди и незнакомая техника; теперь всё вокруг словно перестало существовать.
— Ищи, — продолжил Максим.
Опустив нос, пёс вошёл с ним между двумя контейнерными рядами. Первые минуты не принесли находок. Он медленно обследовал пространство: задерживался у колёс тягачей, обнюхивал влажный асфальт, двигался дальше. Максим давал ему время. Сзади по рации перечисляли номера контейнеров, далеко справа рокотал двигатель, а над проходом стояла тяжёлая смесь солёной воды, масла и испорченной рыбы.
Минуло десять минут, затем пятнадцать. Проверив ряд, Дружок перешёл в следующий. Андрей держался поодаль, не мешая; капитан наблюдал издалека, всё чаще сверяясь с часами.
На двадцатой минуте пёс задержался у дренажного канала. Максим напрягся, однако остановка оказалась короткой: Дружок пошёл дальше.
— Что его задержало? — тихо спросил Андрей.
— Дизель. Сильнейший след.
За поворотом их настиг низкий протяжный гудок грузового судна. От его мощи задрожали металлические стенки; эхо прошло по узкому проходу и вернулось с другой стороны, усилив звук.
Дружок застыл с прижатыми ушами и опущенным хвостом. Затем лёг животом на мокрый асфальт, пытаясь отползти. Максим узнал эту реакцию сразу. За несколько секунд крепкая взрослая овчарка стала тем испуганным щенком из тёмного сарая.
— Чёрт, — прошептал Андрей.
По рации заговорил Лисовский.
— Коваленко, заканчивайте. Я вас предупреждал: собака нестабильна.
Дружок рванул назад, и Максим тут же дал поводку слабину. Ни запрета, ни требования подняться не последовало. Продолжать поиск он тоже не заставлял. Максим опустился коленями в грязную воду между контейнерами.
— Дружок… Взгляни на меня.
Пёс тяжело дышал, не откликаясь. Из гавани донёсся ещё один, короткий сигнал; Дружок вздрогнул всем телом.
— Максим, меньше двадцати минут осталось, — напомнил Андрей.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.