Жизнь без прикрасМаксим усмехнулся; разговор, однако, не забылся.
Следующие месяцы тренировки продолжались, только Максим всё реже видел в них подготовку к будущим операциям. Занятия стали частью их совместной жизни. Несколько раз их вызывали полиция и пожарные службы: проверить подозрительные предметы на большом мероприятии или обследовать склад после анонимной угрозы.
Большинство тревог не подтверждалось, чему Максим был рад. Работа оказалась мало похожа на новостные сюжеты. Ждать приходилось долго, помещения часто были пустыми, проверки повторялись, и множество выездов завершалось без всякого происшествия.
Такой ритм Дружку подходил. Постоянное возбуждение ему не требовалось: он мог двадцать минут внимательно обследовать пустой склад, а затем улечься в машине и заснуть.
После очередной проверки, возле тренировочной площадки, Лисовский заметил:
— Он умеет спокойно отдыхать, когда работа закончена.
— Вы о чём? — Максим повернулся к нему.
— О Дружке. Он заканчивает поиск и снова становится обычной собакой. Ему не нужно всё время оставаться в напряжении.
— Такую собаку я и искал с самого начала, — кивнул Максим.
— Полагаю, нужна она была не только вам.
Под внимательным взглядом капитана Максим ничего не ответил.
Перемены дома он уже и сам замечал. Вместо матраса появилась нормальная кровать; фотографии, годами пролежавшие в коробке, он повесил на стены. Несколько снимков с сослуживцами, один с родителями, ещё один — с Дружком на морском берегу. Квартира больше не выглядела местом, где он лишь временно укрылся.
Максим снова отвечал на звонки матери, встречался с Андреем и без рабочих причин. Бутылку виски у кровати больше не держал. Ночные приступы ещё случались, но значительно реже, и уже не убеждали его, что всё потеряно. В тяжёлые минуты он знал: это пройдёт.
Прошлое оставалось и у Дружка. От резкого металлического звона пёс иногда напрягался, а незнакомый мужчина, быстро поднявший рядом ногу, мог вызвать мгновенную защитную реакцию. После долгой нагрузки беспокоила задняя лапа. Но слабостью этого теперь никто не называл.
— В этом его история, — говорила Бондарь. — Не стоит пытаться стереть её целиком. Важно, чтобы прошлое не решало за него каждый раз.
Максим запомнил её слова.
Весной они однажды приехали к морю до рассвета. На почти пустом пляже Дружок бегал по влажному песку; из-за хромоты следы складывались в неровную цепочку. Максим с небольшого деревянного настила наблюдал за светлеющим горизонтом.
Пёс вернулся и остановился рядом, тяжело дыша после бега.
— Потише, старик.
Для Дружка, которому было лишь около двух лет, такое обращение звучало смешно. Он сел, и Максим положил ладонь ему на спину.
Мысли о спасённых людях приходили в такие минуты всё реже. Об этом рассказывали газеты и телевидение. Максим же помнил, зачем приехал в питомник: ему нужен был спутник, рядом с которым не пришлось бы непрерывно изображать сильного человека. У найденной им собаки была та же потребность.
Ни он, ни Дружок не стали идеальными и не исправили друг друга. Они научились жить со своими повреждениями так, что те больше не определяли всё остальное.
Когда Максим уже собирался покинуть пляж, в кармане завибрировал телефон. Он ждал звонка Андрея, но номер оказался незнакомым.
— Максим Гончар?
— Да.
— Ирина Ткач, центр помощи ветеранам. Ваш телефон мне дала доктор Бондарь. Надеюсь, вы не возражаете.
— Зависит от того, зачем он вам, — ответил Максим, посмотрев на Дружка.
— Мы хотели бы пригласить вас поговорить, — после небольшой паузы сказала Ирина. — Но не о полицейской работе вашей собаки.
— А о чём?
— О вашей встрече. О том, как вы нашли друг друга. Некоторым нашим людям, возможно, нужно услышать именно это.
Любой официальный вызов давался Максиму легче. Там задача была ясна: приехать, оценить условия, дать собаке команду, решить, как действовать. Здесь не требовалось ни искать взрывчатку, ни входить в опасное помещение. Нужно было рассказывать о себе — то, чего ему хотелось меньше всего.
— Перед людьми я не выступаю.
— Выступления не будет.
— Что же тогда?
— Комната, несколько ветеранов. Можно посидеть вместе. Ни камер, ни журналистов, ни официальных речей. Даже говорить почти не обязательно, если не захотите. Приезжайте с Дружком.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.