Виктор отступил на шаг. Его лицо, еще минуту назад скорбное и собранное, стало чужим. Губы побелели, глаза метнулись к двери, потом к двум мужчинам из ритуальной службы.
— Что вы стоите? — прошипел он. — Уберите ее!
Один из мужчин, плотный, с красным лицом и короткой шеей, сделал шаг вперед. Альма поднялась на локтях и оскалилась. Не бросилась. Не лаяла. Просто показала зубы так спокойно и страшно, что мужчина тут же остановился.
— Слушайте, я к такой собаке не полезу, — пробормотал он. — Вы сами ее забирайте.
— Она никого не подпускает, — сказала чья-то старуха в заднем ряду. — Господи, что же это…
Мария попыталась встать, но ноги не слушались. Сергей подхватил ее под локоть. Его ладонь была теплая, шершавая, пахла табаком и морозным воздухом. Он ничего не сказал, только помог ей сделать шаг.
— Альма, девочка, — прошептала Мария. — Ну что ты? Лизонька там… моя девочка там…
На слове «там» у нее сжалось горло. Она не видела Лизу после того, как та ушла с Виктором в пятницу вечером. Не видела в больнице. Не видела в морге. Не видела перед тем, как закрыли крышку. Все было как в мутной воде: звонок среди ночи, голос бывшего мужа, чужой и ровный, слова «авария», «удар», «не мучай себя», «врачи не советуют смотреть». Потом коридор какой-то конторы, бумаги, которые ей подсовывали, таблетки в стакане, соседка Галина, державшая ее за плечи, и Виктор, повторявший:
— Я все беру на себя. Тебе нельзя сейчас. Я отец. Я решу.
Он никогда не решал ничего, кроме того, где взять деньги и кого обвинить в своих провалах. Но в ту ночь Мария не могла спорить. В ту ночь она только дышала, и даже это давалось с трудом.
Альма вдруг перестала рычать. Она опустила морду к щели между крышкой и боковой стенкой гроба, заскулила и начала царапать лакированную поверхность лапой. Один раз. Другой. Третий. Звук получился сухой, неприятный, будто кто-то скреб ногтем по стеклу.
— Прекрати! — резко сказал Виктор.
Собака дернулась от его голоса, но не отошла. Наоборот, уперлась сильнее. Под ее когтями белая краска пошла тонкими царапинами. Из-под крышки выбилась узкая полоска розовой ткани.
Мария замерла….
