— Мы не можем утверждать это только по звуку. Нужно доказать, принял ли Остап препарат сам, под давлением или иначе. Но есть видеозапись.
Она нажала кнопку.
На экране появилась мутная картинка с камеры ноутбука. Кабинет Остапа. Видно было край стола, дверь, часть дивана в гостиной. В углу стояли дата и время: день смерти, 16:42.
Дверь распахнулась. Вошел Тарас. Двигался быстро, нервно. В руке у него был маленький пакет. Следом появился Остап — живой, в сером свитере, который Катерина недавно держала у лица.
— Уходи, — сказал Остап. — Катерины нет, но я сейчас ей позвоню.
— Не позвонишь.
— Тарас…
Они вышли из кадра. Послышалась борьба, хрип, лай Грома, звук падающей мебели. Потом Тарас вернулся один. Лицо у него было перекошено от страха. Он держал чашку. Поставил ее на стол, взял салфетку, вытер край, потом бросился к ящику и начал что-то искать. Гром ворвался в кадр. Тарас ударил его ногой. Пес взвизгнул, но снова кинулся к нему.
Картинка дернулась. Видимо, Гром задел стол. Тарас выругался и накрыл ноутбук папкой. Экран потемнел, но звук остался.
— Остап? — голос Тараса дрожал. — Остап, вставай. Не придуривайся.
Пауза.
— Черт… да что ж ты…
Потом звонок. Тарас говорил шепотом, быстро, захлебываясь:
— Наташа, он упал. Нет, я не знаю. Я дал немного, только чтобы поговорить спокойно… Нет, скорую сразу нельзя, я же здесь был… Слушай. Закажешь венок в том салоне, где твоя знакомая. Я спрячу туда флешку и пузырек, потом на кладбище заберу. Поняла? Дома нельзя оставлять. Эта псина всё нюхает…
Катерина закрыла рот ладонью.
Вера остановила запись.
— После этого скорую вызвали только через двадцать семь минут. По биллингу, камерам подъезда и другим данным его присутствие подтверждено. Ваша поездка в аптеку тоже подтверждена: кассовая запись, чек, продавец вас опознала. Когда вы вернулись, Тарас уже вышел через служебный выход.
Слова доходили до Катерины медленно, словно через воду.
Остап был жив, когда Тарас вошел.
Остап сопротивлялся.
Тарас дал ему что-то «немного».
Тарас прятал доказательства.
А она все эти дни стояла над телом мужа и думала, что виновата. Что не успела. Что если бы не очередь, если бы телефон не сел, если бы она взяла такси, если бы ехала быстрее, если бы спорила сильнее и вызвала врачей утром…
Катерина согнулась, будто ее ударили под дых.
— Мне надо… — прошептала она.
Вера поставила перед ней стакан воды.
— Дышите. Медленно.
Она пыталась. Воздух входил в грудь рваными кусками.
— Он умер не сразу? — спросила Катерина, уже зная, что ответ причинит новую боль.
Следователь помолчала.
— Экспертиза показывает, что при более ранней помощи шанс мог быть. Я не буду вас обманывать.
Катерина зажмурилась. Внутри что-то оборвалось без звука.
После этого всё будто ускорилось, но не так, как показывают в фильмах. Тараса не задерживали эффектно на улице. Его вызвали на очередной допрос, положили перед ним записи, заключения экспертов, показания Мирона, данные из аптеки и подъезда. Сначала он отрицал всё. Говорил, что запись смонтирована, что Остап сам пил непонятные таблетки, что флешку кто-то подбросил, что вдова и сосед сговорились.
Потом начала говорить Наталья….
