В ту секунду Артём был готов найти и разорвать того, кто мог бросить такую кроху.
Лера выпрямилась.
— Думаю, скрывать уже нет смысла. Тем более в посёлке всё равно знают. Ты его отец, Артём. Я закончила. Мы пойдём. Тебе, наверное, надо побыть одному.
Она забрала ребёнка у онемевшего Артёма, взяла пакет с бутылочками и пошла к выходу.
Он стоял так, будто его разом лишили голоса и движения. Потом посмотрел на фотографию матери. Снимок казался строгим, укоризненным.
И только тогда Артём понял, что должен сделать.
— Спасибо, мам, — прошептал он. — Я понял.
Он бросился догонять Леру. Догнал, осторожно взял у неё переноску.
— Нельзя говорить, что ребёнок не нужен отцу, если отец даже не знал, что у него есть ребёнок.
Лера посмотрела на него, но ничего не ответила.
Он проводил её до дома.
— Лер, я вечером приду.
— Зачем?
Артём остановился.
— Я понимаю, что ты обо мне думаешь. И заслуженно думаешь. Но я изменился. Очень многое понял. Пожалуйста, дай мне шанс. У меня мало времени: через две недели я должен вернуться в часть.
— Снова туда?
