Александр кивнул.
— Есть.
Он вынул из папки несколько листов. Разложил на столе.
Судья наклонилась. Секретарь подвинула лампу.
— Это копии банковских отказов, — сказал Александр. — На имя Марии Савельевой. По пособиям.
Женщина из службы подняла бровь.
— К делу это…
— К делу это имеет отношение, — перебила судья. — Продолжайте.
Александр достал следующий файл.
— Договор. Полный. С печатями.
— В деле есть договор, — сказала женщина. — Предварительный.
— Этот — не предварительный.
Судья взяла лист. Провела пальцем по строкам.
— Покупатель — ООО «Гранит-Инвест». Представитель — Бондаренко Виктор.
Женщина из службы чуть повернулась к двери, будто ожидая, что кто-то войдёт.
— И доверенность, — добавил Александр.
Он положил ещё один лист.
Судья прочитала. Задержалась на пометке от руки.
— «Отказ. Подписано под давлением».
В зале стало тише.
Секретарь перестала писать.
— Экспертиза подписи проводилась? — спросила судья.
— Нет, — сказал Александр. — Я подал заявление. Ответа нет.
— Когда подали?
— Во вторник.
Судья посмотрела на календарь на стене.
— Сегодня пятница.
— Да.
Женщина из службы сложила руки на столе.
— Даже если это так, это не меняет условий проживания ребёнка. Дом холодный. Коммуникации отключены. Отец отсутствовал четыре месяца.
Александр не спорил.
Он открыл папку и достал фотографию.
Положил рядом с договором.
Судья наклонилась ближе.
На фото — кухня. Стол. Синяя папка. Мария у стены. Рука Виктора на её запястье.
Секретарь привстала, чтобы лучше видеть.
— Это откуда? — спросила судья.
— Из второй папки. В подвале.
— Почему в подвале?
— Потому что она спрятала. Она планировала вернуться через два часа. Не вернулась. По её записке и словам Никиты она пыталась дойти до полиции, но её перехватили. Ей угрожали Никитой. Забрали телефон. Виктор сказал, что у него связи в администрации.
Женщина из службы вздохнула.
— Мы рассматриваем безопасность ребёнка, а не семейный конфликт.
— Это не конфликт, — сказал Александр. — Это причина.
Судья подняла глаза.
— Объясните…
