Жизнь без прикрасДеревня хоронила Валентину всем миром. Ее любили, и потому горечь утраты ощущалась особенно остро. Только родная семья в этот скорбный день держалась в стороне. Лариса стояла поодаль, так и не решившись подойти и попросить прощения. А Егор вовсе остался дома — в своем тихом, счастливом забытье.
Когда люди разошлись, у свежей могилы осталась только одна женщина. Это была фельдшер Оксана.
Она винила во всем себя. Не доглядела. Направила на старый аппарат УЗИ. Не распознала угрозу вовремя.
— Валентина Семёновна, что же я натворила? Простите меня, если сможете, — плакала Оксана под тяжелым, хмурым небом.
И вдруг ее будто ударило током. Она подняла мокрое от слез лицо и произнесла тихо, но твердо, словно давала клятву:
— Я искуплю свою вину. Я сделаю то, чего не успели вы. Выращу ваших девочек. Я верю, что они справятся. Обещаю, я сделаю для этого все возможное.
Эти слова шли прямо из сердца.
На следующий день Оксана решительно отправилась в кабинет заведующей клиникой Галины Сергеевны. У дверей она столкнулась с Ларисой, которая только что подписала отказ от детей.
Заведующая была явно не в настроении: тяжелый случай, проверки, брошенные младенцы, бумаги, отчеты.
— Что вам нужно? — сухо спросила она, неохотно отрываясь от документов.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.