Ты хоть понимаешь, кто перед тобой? Этот человек стоял у истоков антикоррупционного подразделения, когда ты ещё учебники терял! Ты… ты безмозглый!
— Кричать поздно, — спокойно сказал Савелий Андреевич. — Вы не уследили за людьми, значит, тоже будете отвечать. Аркадий, зафиксируйте прибытие руководителя и его реакцию. Включите в материалы.
С каждой минутой работа на месте становилась плотнее. Ратникова и Климова развели по разным машинам для объяснений. Корнев суетился рядом, пытаясь нащупать хоть какую-то лазейку, но везде натыкался только на ледяную вежливость людей в штатском.
Савелий Андреевич сел на складной стул, который один из охранников достал из внедорожника. Усталость навалилась внезапно, тяжело, будто тело только сейчас вспомнило, сколько ему лет. Утром он собирался спокойно доехать до загородного дома, пересадить рассаду, выпить чаю и почитать книгу. Вместо этого оказался в центре дела, от которого пахло не случайной грубостью, а давно пустившей корни гнилью.
— Савелий Андреевич, — мягко сказал Аркадий, присев рядом, — технические специалисты уже вызваны. Обрывки восстановят для протокола. Временное удостоверение оформят на месте. Новый документ доставят сегодня. За это не переживайте.
— Я не о документе думаю, Аркадий.
Старик посмотрел на Ратникова, стоявшего у машины под присмотром оперативника.
— Я думаю о людях. Он ведь не из пустоты появился. Его приняли, обучили, допустили к службе, поставили на дорогу. Жалобы кто-то закрывал. Для обычного водителя он — лицо власти. А если это лицо скалится, топчет документы и ждёт страха, что должен чувствовать человек?
Аркадий промолчал. Он слишком долго работал внутри системы, чтобы питать иллюзии. Но именно за это уважал Савелия Андреевича: тот прошёл через низы, вершины, грязь и власть, но не потерял почти упрямую, старомодную веру в справедливость.
Через некоторое время один из оперативников подошёл и понизил голос:
— В телефоне сержанта нашли переписку. Там не только этот экипаж. Похоже на схему по сбору денег и вещей с водителей. У них был план на смену. Руководитель участка, вероятно, тоже участвовал. Одним увольнением Ратникова это не закончится.
Савелий Андреевич горько усмехнулся…
