Через месяц Ольга сидела на террасе загородного дома Нины Степановны, завернувшись в тёплый плед. На старом табурете возвышался Элвис и внимательно следил за двором. Рядом дымилась чашка травяного чая, на тарелке лежала горка маминых пирожков с яблоками.
Метрах в двадцати от террасы, по колено в грязи, работала хорошо знакомая фигура в испачканной спецовке. Алексей с обречённым упорством размахивал тяжёлой кувалдой, загоняя в землю стальные трубы. Утренний кофе сегодня он не допил, а вчера не смог досмотреть футбольный матч.
Проведя в ту ночь два часа под материнской дверью и не дождавшись пощады, Алексей всё-таки вернулся к жене. Ольга открыла дверь не сразу и впустила его лишь после того, как он принял её суровые условия: другого выхода у супруга не оставалось.
Теперь Алексей трудился на двух работах. Днём он продолжал работать в службе доставки, а вечером и по выходным — в службе такси на автомобиле повышенного класса. Зарплатную карту он торжественно передал жене, а на топливо и недорогой комплексный обед в столовой получал строго рассчитанную сумму.
Впервые банковский долг действительно погашался его заработком. Кроме того, за выброшенные на площадку сумки последовало отдельное наказание трудом. Нина Степановна давно жаловалась, что старый забор на заднем дворе завалился. Нанимать рабочих было дорого, поэтому Ольга назначила мужа бесплатным исполнителем.
— Может, дадим ему передохнуть и перекусить? — спросила мать, выходя на террасу и вытирая руки о фартук. Она с некоторым сочувствием посмотрела на зятя, который теперь пытался выкорчевать упрямый старый пень…
