А где-то высоко в небе самолёт, уносивший меня и моих детей, летел над белоснежными облаками. Артём спал, положив голову мне на плечо. Ксения смотрела в иллюминатор и считала облака. Я нежно погладила её по волосам. Внутри больше не было боли — только странное чувство облегчения. Наверное, когда человек терпит слишком долго, он лишь потом, отпустив всё, понимает, насколько ценна свобода.
Коридор клиники постепенно опустел. Громких разговоров больше не было — не потому, что все успокоились, а потому, что каждого придавила собственная тревога. Дмитрий всё так же стоял, прислонившись к стене, словно ему не хватало воздуха. Теперь в голове у него крутились не только сомнения в отцовстве, но и цифры, от которых сдавливало грудь. Неустойка в сто миллионов. Двадцать миллионов, переведённых на квартиру для Алисы. Замороженные счета. Судебный иск. Всё это накапливалось, как гигантская волна, готовая обрушиться, а он стоял в самом её центре.
Мария всё ещё кипела. Она повернулась к Алисе, и в её голосе звенел яд:
— Ну, говори. Чей это ребёнок?
Алиса, дрожа, прошептала сквозь слёзы:
— Я не знаю…
— Не знаешь? — холодно усмехнулась Мария. — Ты беременна и говоришь, что не знаешь?
Алиса захлёбывалась слезами:
— Правда… я не уверена.
Для Дмитрия эти слова стали пощёчиной. Он посмотрел на неё с полным разочарованием:
— И ты говоришь мне это только сейчас?
Алиса дрожала:
— Я была только с тобой… и…
Она замолчала. Дмитрий сжал кулаки:
— И с кем ещё?
Алиса опустила голову. Она не сказала ни слова, но это молчание говорило больше любых слов. Ещё утром в этом же здании ей дарили сок и серебряную подвеску на мальчика; теперь на неё смотрели так, словно она заняла чужое место. Людмила, пошатываясь, отступила на два шага:
— Боже мой… Кого ты привёл в наш дом, сынок?
Мария взорвалась окончательно:
— Да это просто мусор!
Алиса всхлипнула:
— Я не хотела, чтобы так вышло.
Дмитрий горько улыбнулся:
— Не хотела. Ты забеременела от другого. Сказала, что от меня. Заставила меня развестись, перевести деньги — и теперь всё разрушено.
Алиса тряслась всем телом:
— Я не думала, что всё так закончится…
— А о чём ты думала? — прошипел Дмитрий. — Что я идиот?
Напряжение было таким, что даже люди, проходившие мимо по коридору, оборачивались. И в этот момент телефон Дмитрия зазвонил снова. На этот раз — агентство недвижимости.
— Я звоню сообщить, что уже есть покупатель на элитную квартиру, которую вы выставили на продажу.
Дмитрий замер:
— Что?
— Покупатель уже внёс залог в полмиллиона. Вы хотите закрыть сделку через три дня?
Дмитрий в ярости закричал:
— Я не выставлял никакую квартиру на продажу!
— Но у нас есть доверенность с вашей подписью.
— Это невозможно.
— У нас есть и видеозапись того момента, когда вы её подписали.
Дмитрий остолбенел. И вдруг вспомнил: два месяца назад Алиса настойчиво водила его смотреть квартиры, и он подписал тогда несколько бумаг, даже не читая. Он был занят, он был влюблён, ему было не до мелкого шрифта. Точно так же, как сегодня утром, когда он, не глядя, чиркнул ручкой в кабинете нотариуса. Он резко повернулся к ней:
— Ты знала об этом?
Алиса в ужасе замотала головой:
— Нет! Я ничего не знала!
Мария прошипела:
— Ну конечно же, это была ты, Алиса.
Алиса заплакала ещё громче:
— Я правда не знаю!
Голова у Дмитрия шла кругом. Он открыл банковское приложение в телефоне. На экране было всё то же: счёт заморожен. И тут же — ещё один звонок, теперь от сотрудника компании…
