А где-то очень далеко занималось утро. Мягкий солнечный свет заливал маленький сад. Ксения сидела на ступеньках с альбомом для рисования. Артём помогал Николаю чинить забор. Я была на кухне, заваривала чай, и его аромат наполнял дом. Вбежала Ксения:
— Мама, мне нравится новая школа!
Я улыбнулась:
— Но ты же туда ещё не ходила.
Ксения рассмеялась:
— Но вчера я разговаривала с учительницей, и она очень весёлая!
Я погладила её по голове:
— У тебя появится много новых друзей.
Ксения обняла меня:
— И мне здесь нравится.
Я смотрела на неё и чувствовала покой. Возможно, жизнь не всегда даёт нам то, чего мы хотим. Но иногда, потеряв что-то, мы находим нечто лучшее.
На следующее утро Дмитрий приехал в офис раньше обычного. Едва рассвело. Улица была почти пуста, магазины закрыты, лишь изредка проезжали грузовики доставки. Дмитрий на несколько секунд задержался у входа, прежде чем войти. Раньше приход сюда всегда наполнял его гордостью: эта компания была результатом почти десяти лет непрерывной работы. Но сегодня это чувство исчезло.
Едва он вошёл в вестибюль, как увидел Андрея. Лицо у того было полно тревоги. Дмитрий устало отозвался:
— Что теперь?
Андрей протянул ему телефон:
— Посмотри.
На экране была только что опубликованная статья на новостном финансовом портале. Заголовок был коротким: «Дмитрий и его партнёры под следствием за финансовые махинации». Дмитрий быстро прочитал. Статья была короткой, но информация — очень точной: налоговая проверка, расторжение важных контрактов, риск банкротства. Дмитрий вернул телефон. Он чувствовал, как тяжёлый камень придавил его изнутри. Мария подошла сзади:
— Новости разлетаются быстро.
Андрей кивнул:
— Пресса уже всё знает.
Мария покачала головой:
— Теперь клиенты начнут паниковать.
Дмитрий ничего не сказал. Он вошёл в кабинет, но едва успел сесть, как стационарный телефон зазвонил и уже не умолкал. Клиенты, партнёры, банк. Все звонки были одинаковыми: все хотели знать, что происходит с компанией, и все ждали от него уверенного голоса, которого у него больше не было. Ответив на несколько, Дмитрий просто отключил аппарат. У него больше не было сил на объяснения — ни перед чужими людьми, ни перед самим собой.
Мария опёрлась о стол:
— Дмитрий, я думаю, тебе нужно встретиться с Екатериной.
Дмитрий поднял глаза. Он был измотан.
— Ты твердишь это со вчерашнего дня.
Мария говорила спокойно:
— Я знаю, что ты не хочешь. Но ты должен признать это прямо сейчас: только Екатерина может тебе помочь.
Дмитрий горько улыбнулся:
— Она подала на меня в суд.
— Да. Но если она отзовёт иск…
Дмитрий замолчал. Мария продолжила:
— Я не знаю, где она. Но ты должен её найти.
Дмитрий откинулся на спинку кресла. В памяти снова всплыл мой образ. В день, когда я ушла, я не плакала и почти ничего не говорила — просто забрала детей и уехала. Дмитрий тогда решил, что я вернусь или хотя бы позвоню: остыну, испугаюсь, пойму, что одной с двумя детьми не справиться. Но с тех пор — ни одного сообщения, ни одного звонка. Это молчание не давало ему покоя куда сильнее, чем любые упрёки…
