Жизнь без прикрасПосле осмотра последовали назначения: анализы, УЗИ, уколы. Результаты врач читала Оксане тихо и мягко.
— Яичники работают слабее, чем нужно. Состояние эндометрия неблагоприятное, овуляции нет.
Половину услышанного Оксана не понимала и кивала. Ей хотелось дождаться только одного: слов о том, что положение можно исправить.
— Руки опускать нельзя, — говорила Лариса Денисовна. — Нужно бороться.
Через три года от неё прозвучало другое предложение:
— Самой забеременеть, милая, едва ли удастся. Но теперь есть современные способы — ЭКО. Стоит дорого, да. Только вы молодые, работать умеете, справитесь.
Степан продал мотоцикл, взял кредит. Собирал деньги, отдавал, опять собирал. Конверты он возил врачу в райцентр: Лариса Денисовна объяснила, что программа частная, с предварительной оплатой по частям. Он неоднократно передавал тридцать тысяч, сорок тысяч, иногда пятьдесят тысяч. Вместо договора получал расписки.
— Я доверяю вам, вы — мне, — убеждала врач. — Всё у нас по-человечески.
Оксана верила ей на протяжении всего этого времени. И все эти годы утро начиналось с белой таблетки, принесённой Раисой Андреевной.
Теперь Степан спал рядом, его дыхание было ровным, а Оксана лежала в тёмной спальне и твердила про себя: он не знает. Не может знать. От этой мысли не становилось легче. Если мужу ничего не известно, значит, известным это было кому-то другому.
Наутро она уехала в областной центр. Степану сказала, что её ждут в областной библиотеке на курсах повышения квалификации. Он принял это без удивления, только попросил привезти новые рукавицы. В рейсовом автобусе Оксана сидела у окна; четыре часа дороги держала на коленях сумку с жестяной коробкой таблеток и пакетом документов.
Частная лаборатория «Диагностика» занимала старое кирпичное здание возле железной дороги. Оксану принял молодой лаборант в очках, представился Виталием. Худой, вежливый, он смотрел усталыми глазами — словно ночами не спал над микроскопом. Выслушал её сбивчивые объяснения, рассмотрел таблетки и внимательно посмотрел на неё.
— Зачем вам это исследование?
— Хочу узнать, что принимаю.
— Состав будем проверять несколько дней. Но о таблетках кое-что могу сказать уже сейчас. — Виталий взял одну и повернул под лампой. — Маркировки нет, видите? Зато форма и то, как она спрессована, дают основание предположить: перед нами не витамины. Скорее гормональное средство, какие принимают, чтобы не забеременеть.
Оксана услышала гудение неоновой лампы под потолком, хлопок двери где-то в коридоре. Сердце билось так, что его удары чувствовались в горле, висках и даже кончиках пальцев.
— Вы уверены?
— Пока на девяносто процентов. После анализа сможем подтвердить. Вы сказали, каждый день принимали? Долго?
— Девять лет.
Виталий снял очки, потёр переносицу.
— Давайте, пока ждём результаты, я запишу вас на полное обследование, — предложил он тихо. — Гормоны проверим, УЗИ, кровь, всё необходимое. У нас принимает Ирина Алексеевна, хороший женский врач. Лучше обследоваться сразу, чем оставаться с догадками.
Оксана кивнула. Хотелось ещё о чём-то спросить, но слов она не находила. Виталий будто понял это.
— И пока ни к кому с этим не обращайтесь, — добавил он. — Прежде нужно узнать точно.
Через два часа Оксана сидела у Ирины Алексеевны Шульги. Невысокая, круглолицая врач носила строгие очки и коротко стриглась; руки у неё были тёплые, живые. Оксана сразу почувствовала, что ей можно доверять. Ирина Алексеевна дала ей договорить, ни разу не перебила, затем осмотрела, сделала УЗИ и взяла кровь. В кабинет она вернулась с распечатками.
— Оксана Григорьевна, уточните, пожалуйста: кто поставил вам первичное бесплодие? — спросила она, садясь напротив.
— Лариса Денисовна Гончар, врач районной поликлиники.
— Понятно. — Ирина Алексеевна выложила результаты на стол. — Только здесь я не вижу ни одного признака бесплодия.
Оксана ничего не ответила.
— И яичники, и матка у вас здоровы, овуляция есть, — продолжила Ирина Алексеевна. — Гормональный фон для вашего возраста даже лучше, чем хороший. В крови остаются следы гормонального средства, но его действие обратимо. Вы способны забеременеть. По моему мнению, после полного очищения организма это может произойти за несколько месяцев.
Оксана смотрела на врача. Когда наконец заговорила, то будто не слышала своего голоса.
— Тогда почему мне девять лет твердили совсем другое? Почему?
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.