Жизнь без прикрас— Что нам теперь делать? — спросил он.
— Я пока не знаю, — ответила Оксана, глядя в окно, за которым темнела осенняя ночь. — Но одного хочу наверняка: чтобы Лариса ответила за всё. Подадим заявление. Анализы у меня есть, твои расписки тоже, и переписка с Виталием из лаборатории сохранилась. Она получала деньги, обманывая нас. Такому человеку нельзя оставаться врачом.
— А с мамой?
Оксана не сразу нашла ответ.
— Не знаю, Стёпа. Сегодня простить её не могу. Но суда для неё я не хочу. Не считаю её злодейкой. Она в 1986 году сломалась, а потом так и осталась сломанной.
— Я хочу её убить, — сказал Степан.
— Я знаю.
— И обнять её хочется.
— Я знаю.
Степан спрятал лицо в ладонях. Оксана положила руку ему на спину. Так и сидела с ним до рассвета, слушая часы за стеной.
Через неделю заявление на Ларису Денисовну Гончар было подано. Виталий, узнав, что произошло, познакомил Оксану с юристом. Тот посоветовал обратиться в областное управление здравоохранения и одновременно в прокуратуру.
Оксана собрала независимые результаты обследований, расписки, выданные Степану, и копию старой медицинской карточки, где цифры были явно подменены. Тетрадь Раисы Андреевны в эту папку не попала. Оксана убрала её в шкаф и никому о ней не сказала.
Два месяца длилась проверка. Поначалу Лариса Денисовна всё отрицала, затем стала звонить Степану. После этого попыталась договориться с Оксаной за деньги.
— Сорок тысяч, — предложила она. — Пятьдесят. Давайте забудем всё это. Я часть денег возвращаю, а вы отзываете заявление.
Оксана сохранила разговор на телефоне и передала запись юристу.
В декабре комиссия запретила Гончар работать врачом. Все полученные от семьи деньги она должна была вернуть до последней копейки; материалы проверки отправили следователю.
Вернувшись из управления здравоохранения, Степан выложил перед женой толстую пачку банковских квитанций.
— В январе рассчитаемся с кредитом.
Оксана посмотрела на него, затем на бумаги. Девять лет. Целых девять лет — и теперь от них перед ней осталась эта пачка.
Рядом лежали результаты скрининга, анализы крови, справка о постановке на учёт. Ирина Алексеевна Шульга следила за беременностью строго, назначая всё точно по срокам. Каждые две недели Оксана садилась в автобус и ехала в областной центр. Когда ударили морозы, Степан начал брать отгулы: укутывал жену в два тулупа и вёз на старом мотоцикле с коляской.
К концу декабря срок достиг двадцати восьми недель. Нужный препарат Ирина Алексеевна вводила сама, не торопясь, глядя Оксане в глаза.
— Всё хорошо, — сказала она. — Защита теперь есть.
На кушетке Оксана разглядывала опустевший шприц — лёгкий, маленький, почти игрушечный. Такой малости не хватило в 1986 году, чтобы Вера Бондарь осталась жива.
— Спасибо, — прошептала она, обращаясь не к врачу, а к кому-то другому.
Обратно она ехала под снегом: большие влажные хлопья продолжали падать, когда добралась до дома. На пороге в сенях лежала завёрнутая в газету посылка, перехваченная бечёвкой. Оксана развернула её и достала две пары ярко-красных шерстяных носков с ёлочным узором. Вязка была такой плотной, что носки могли стоять сами.
Никакой записки. Она долго держала подарок, затем оставила его на подоконнике. Степану не рассказала.
Весь январь носки простояли там. В феврале морозы усилились, и Оксана наконец надела их: даже валенки уже не спасали от холода. Ни одни покупные носки так не согревали ноги.
Потом раз в неделю на пороге находилось что-нибудь ещё. То банка варенья из малины, то мешочек сухой мяты, то старые фланелевые пелёнки, от стирок ставшие мягкими. Никаких слов, никаких записок. Только на снегу оставались следы от соседней калитки.
С октября они с Раисой Андреевной не разговаривали. Она держалась поодаль, а если встречала их на улице, отводила глаза и уступала дорогу. Степан проходил, словно не замечая матери.
В конце февраля Оксана однажды увидела его у забора. Он долго глядел на тёмные материнские окна, после чего молча отправился колоть для неё дрова. С тех пор делал это ежедневно и оставлял сложенные поленья возле соседней калитки. К утру их там уже не было.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.