— Нин, нормальная курица. Яйца мы сегодня ели.
— И ещё одно. Ты же обещал бросить.
Матвей помрачнел.
— Что бросить?
— Ты прекрасно понял.
— Я просто вышел ненадолго.
— Ты обещал бросить курить. Ради Миши. И ради меня.
Она снова закашлялась. Матвей развёл руками.
— Я же пока вы спали.
— Ты обещал, — повторила Нина тише. — А обещания выполняют.
Она развернулась и ушла в дом. Марта посмотрела на Матвея так внимательно, что он невольно хмыкнул.
— Ну что? Тоже осуждаешь?
Собака будто качнула головой.
— Брошу я. Брошу.
Марта развернулась и побежала за Ниной.
День прошёл в хлопотах. Матвей продолжал выносить из дома старый хлам, натаскал воды из колодца, нашёл для Марты миску, напоил её и накормил мясом, которое собирались пустить на суп. Собака благодарно махала хвостом.
Нина протирала полки, выбивала пыль, раскладывала вещи. Она часто чихала, кашляла, но на предложение помочь только качала головой.
— Я не стеклянная.
— Но тебе тяжело.
— Мне надо чем-то заняться.
Так за уборкой, мелкими заботами и попытками привести дом в порядок день подошёл к концу.
Ночью Нина уже не так боялась темноты. Дом казался ей меньше чужим. Она почти провалилась в сон, когда снова услышала шорох.
Тот самый. Неприятный, тонкий, будто кто-то скребётся где-то в стене…
