Он достал бумаги.
— Здесь отказ от наследства. Подписываете — я даю вам крупную сумму. Хватит, чтобы закрыть долги и начать жизнь заново. Не подпишете — пожалеете.
— Я не подпишу.
Валерия подошла ближе.
— Девочка, ты не понимаешь, с кем связалась. Кирилл не отступит. Подумай о себе.
— Я уже ответила.
Один из охранников сделал шаг, но в этот момент из-за угла вышел Кравцов. За ним появились двое полицейских.
— Стоять. Полиция.
Кирилл застыл. Валерия побледнела.
Кравцов подошел к Софье.
— Вы в порядке?
— Да. Они требовали подписать отказ. Угрожали.
— Мы все записали, — сказал Кравцов, доставая диктофон. — Каждое слово.
Кирилл попытался возразить, но его голос звучал уже неуверенно. Всех доставили для объяснений. До утра он провел под контролем полиции, затем его отпустили с обязательством являться по вызову. Но теперь против него шло не одно дело. К подозрению в убийстве добавилось давление на наследницу.
После этого Кирилл вернулся в дом, который уже не мог считать своим. Валерия сидела на диване, сжимая виски.
— Нас загоняют, Кирилл. Нужно уезжать.
— Куда? — сорвался он. — У меня нет денег. Марина все отдала этой девке.
— Тогда остановись. Пока можешь.
Он посмотрел на нее с ненавистью.
— Остановиться? После трех лет? Чтобы санитарка забрала все?
— Я не сяду из-за твоей одержимости.
— Тогда уходи.
Валерия встала.
— Ты сам себя уничтожишь.
Дверь за ней хлопнула.
Кирилл остался один в темной гостиной. Он ненавидел всех: Марину, которая обманула его на смертном одре; Софью, ставшую наследницей; Гордеева, превратившего все в юридическую ловушку; Валерию, которая испугалась и отступила. Но больше всего он ненавидел собственный страх.
На следующий день пришла повестка. Его вызывали на допрос уже не как свидетеля. Экспертиза подтвердила: смерть Марины наступила из-за длительного воздействия токсичного препарата. Отравление длилось не меньше нескольких месяцев.
Кирилл прочитал документ дважды. Потом смял его и бросил на стол.
Времени почти не осталось.
Он набрал одного из своих охранников.
— Ты нашел Софью?
— Есть адрес. Она живет в старом доме на окраине. Охраны рядом не видно, но тот детектив иногда появляется.
— Отлично. Нужна еще услуга. Ее надо напугать по-настоящему. Чтобы она поняла: или отказывается от наследства, или хуже будет.
На линии повисла пауза.
— После полиции? Это риск.
— Заплачу больше.
— Насколько больше?
