Через неделю Оксана поднялась на сорок пятый этаж делового центра. За панорамными окнами город лежал в прохладном свете раннего летнего солнца, а на столе переговорной стояла чашка чёрного чая и лежал контракт на плотной кремовой бумаге.
Напротив сидел Андрей Мельник, руководитель инвестиционного холдинга «Меридиан». Его компания недавно выкупила сохранившуюся законную часть бизнеса Богдана. Андрею было около пятидесяти; он носил безупречный серый костюм и разговаривал прямо, не тратя времени на любезности.
— Оксана Викторовна, я внимательно изучил финансовый анализ, который ваш адвокат представила в рамках разбирательства, — начал он. — Проверяющие до сих пор обсуждают, как одному человеку без специального доступа удалось реконструировать многоуровневую схему зарубежных счетов и подставных компаний.
— У меня было достаточно времени и очень сильная мотивация.
— Мотивация меняется, а способность видеть структуру там, где остальные замечают только разрозненные цифры, остаётся. — Андрей положил ладонь на контракт. — Холдинг расширяется и покупает проблемные предприятия. Мне не нужны удобные аудиторы, которые боятся сообщить руководителю неприятную правду.
Оксана ничего не сказала. Она внимательно следила за ним, стараясь понять, где заканчивается деловое предложение и начинается желание использовать громкую историю бывшей жены Савченко.
— Я предлагаю вам возглавить службу внутреннего финансового контроля, — продолжил Андрей. — Ваша задача — находить слабые места до того, как они становятся уголовными делами. Вознаграждение составит полтора миллиона в месяц плюс ежегодная премия, связанная с суммой предотвращённых потерь.
Он подвинул бумаги ближе.
— У вас будет право проверять любого руководителя, независимо от должности, и прямой доступ ко мне. Никаких запретных отделов и неприкасаемых фамилий.
Оксана взяла ручку, но не сняла колпачок.
— Вас не настораживает человек, который годами собирал доказательства против собственного мужа, а затем передал их следствию?
Андрей выдержал её взгляд.
— Меня настораживают те, кто видит воровство и молчит ради удобного кресла. Вы доказали, что способны действовать, когда проблема становится опасной. Мне это подходит. Осталось выяснить, подхожу ли вам я…
