Жизнь без прикрасНа следующий день об аресте Марины узнал Богдан. Его самого пока не задерживали: Мельник ждал последнего заключения — экспертизы записи из третьего бокса. Следствию требовалось подтверждение, что видео подлинное, без монтажа; иначе адвокат Богдана за один день разрушил бы обвинение. Об этом ожидании Богдан ничего не знал.
Зато ему было известно, что Павел дал показания и Марина тоже заговорила. Лисовский уже потребовал через суд двенадцать миллионов и добился ареста счетов фирмы. Автосервисы теряли одного клиента за другим, мастера уходили. Дело, которое Богдан пятнадцать лет называл своим, крошилось у него в руках, как ржавое железо.
Загнанный в угол, он выбрал привычное: отправился давить на Ирину.
На базе «Гончартранс» шёл обеденный перерыв. Богдан перешагнул через турникет раньше, чем охранник успел его задержать, и направился через двор к ремонтным боксам. Там Ирина со Степаном Петровичем принимала новый тягач. У бытовки обедали механики и водители; на появившегося во дворе человека они повернули головы.
— Ирина! Поговорить нужно! — крикнул Богдан, ещё не дойдя до неё.
Она обернулась, но навстречу не пошла. Сняла рабочие перчатки, оставила их на капоте и дождалась, пока он подойдёт вплотную. Богдан похудел; под запавшими глазами щёки покрывала неровная щетина. То самое пальто, в котором он был на юбилее, теперь висело на нём, как на вешалке.
— Слушай внимательно, — быстро, вполголоса начал он. — Мы ещё можем это остановить. Забираешь заявление, пишешь, что ошиблась: после того вечера была в шоке, Наталья со своим юристом тебя запутали. Я убираю иск о разделе, развод оформляем спокойно, без суда. Займы верну полностью, до последней копейки, ещё и добавлю. С Лисовским я договорюсь, он подождёт. И маму не посадят. Ей семьдесят, Ирина, семьдесят лет. Ты добиваешься, чтобы она умерла в колонии?
Ирина разглядывала его с тем же спокойствием, с каким когда-то осматривала неисправный двигатель, стараясь определить, откуда идёт стук.
— Значит, ты явился ко мне на работу и при людях предлагаешь заплатить, если я откажусь от показаний о покушении на моё убийство, — сказала она так, чтобы её слышали вокруг. — Богдаша, ты понимаешь, что сейчас совершаешь ещё одно преступление?
— Да какое убийство! — голос у него сорвался. — Тебя никто не убил, вот ты, живая, здоровая стоишь. Заснула бы в машине, утром проснулась бы, голова поболела бы…
Богдан оборвал себя, но слова уже услышали. Во дворе никто не двигался. Степан Петрович медленно положил ключ.
— Заснула бы после чая со снотворным, который дала твоя мать? — сказала Ирина. — В машине, где разрезали выхлопную трубу и которую твой работник прогрел, как вам было нужно? На пустой ночной дороге? Утром я бы не проснулась, Богдаша. Ты это знал и рассчитывал. Чужие деньги ты считать умеешь. С людьми у тебя выходит хуже.
Он сделал шаг к ней, подняв руку. Хотел ухватить за плечо или ударить — понять было нельзя. Между ними уже встал Степан Петрович, грузный и неторопливый; рядом со старшим механиком оказались ещё двое водителей.
— Уходил бы ты, мил человек, — тихо сказал Степан Петрович. — Пока ноги сами несут.
От административного корпуса быстро шла Наталья, прижимая телефон к уху.
— Максим Анатольевич, он на базе. Да, здесь. Предлагает ей деньги, чтобы забрала показания. Это слышали двенадцать человек. Я записываю.
Богдан оглянулся на Наталью и телефон в её руке — и бросился к выезду. Но ворота как раз раздвигались, пропуская серую машину без опознавательных знаков. Мельник давно ждал повода для задержания; Богдан сам дал ему этот повод. У ворот его и задержали, на глазах у тех же двенадцать свидетелей.
Спустя два часа следователь получил заключение: видео из третьего бокса было подлинным, следов монтажа экспертиза не обнаружила.
К вечеру оперативники приехали за Оксаной Ивановной в Ольховец, в дом, где недавно праздновали её юбилей. Она сама открыла им дверь — в домашнем халате, с безупречно уложенными волосами. Увидев постановление, выпрямилась, как на трибуне.
— Я его мать. Я сына защищала. На моём месте любая мать поступила бы так.
Поделитесь впечатлением от истории
1Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.
коли прочитала ,оповідання.здивувала мене людська підлість.мати єдиного сина і своїми руками відправитийого в тюрму, це просто не вкладається в голові .але є ще 9 дивує що мати своїми руками відправила сина в тюрму .захланність,ненависть до невістки це за межею людяності.