Она смутилась.
— Я покупала самое дешевое. Не хотела вас обременять.
Максим нахмурился, но в глазах у него мелькнула улыбка.
— Значит, слушай внимательно. Это была моя последняя поездка. Меня повысили, теперь буду работать в офисе и каждый вечер возвращаться домой. Поэтому договоримся сразу: ты больше не экономишь на себе до голодного обморока. Готовишь нормальные обеды на нас двоих. А сыну покупаешь все, что нужно, и лучшее из того, что можем позволить. Иначе буду сердиться.
Аглая молча кивнула.
— И еще, — добавил Максим после короткой паузы. — У меня есть предложение. Неожиданное, наверное. Выходи за меня замуж.
Она подняла на него глаза, будто не расслышала.
— Что?
— Выходи за меня. Отказ я приму только в одном случае: если я тебе совсем не нравлюсь.
Аглая долго молчала. Щеки ее залились румянцем, пальцы нервно теребили пояс платья.
— Вы мне очень нравитесь, — наконец выдохнула она. — Но я не хочу становиться вам обузой. Я ведь не одна. У меня ребенок.
Максим взял малыша на руки. Тот недовольно завозился, но сразу успокоился у него на груди.
— Раз нравлюсь, значит, отказ не принимается. Я предупреждал.
Аглая смотрела то на него, то на сына и не могла произнести ни слова.
— Собирайся, — мягко сказал Максим. — Поедем подавать заявление на регистрацию брака.
Прошло пять лет.
В один теплый день Максим и Аглая гуляли по парку. Их сын бежал впереди, то и дело оборачиваясь, чтобы убедиться, что родители рядом. За руку Аглая вела маленькую дочь, упрямую, кудрявую, с серьезным взглядом и смешными бантиками.
Они шли медленно, наслаждаясь самым обычным счастьем: дорожками под ногами, детским смехом, теплой ладонью в ладони.
На скамейке у аллеи сидел мужчина в старом спортивном костюме. Небритый, помятый, с усталым лицом. Он смотрел на них слишком пристально. Переводил взгляд с Максима на Аглаю, потом на детей, снова на Максима.
Когда они поравнялись со скамейкой, мужчина резко поднялся.
Они узнали его почти сразу. По глазам.
Олег.
— Вот это встреча, — криво усмехнулся он. — Значит, вы вместе? Так я и знал. Ты мне врала про ребенка, да? Хотела чужую ношу на шею повесить?
