— Охрана. Сразу после скорой. Выгребли все подчистую.
Виктор кивнул. Повернулся, чтобы уйти.
— Витя! — окликнул Савельев в спину. Старик переминался с ноги на ногу. — Лешка… он флешку таскал на ключах. Синяя такая, в резиновом чехле. Он туда схемы копировал, говорил, что если прижмут, у него все ходы записаны.
Виктор остановился. Ключи брата выдали ему в морге в пластиковом пакете. Связка была на месте. Синей флешки в резиновом чехле на ней не было.
Он сел в машину, завел двигатель. В салоне пахло сыростью. Виктор достал телефон. Единственным человеком, кому могли отдать личные вещи до приезда полиции, была законная жена.
Марина жила в новом районе, на другом конце города. Виктор припарковался у детской площадки, скрытой в тени деревьев, в пятидесяти метрах от ее подъезда. Окна квартиры на третьем этаже горели теплым желтым светом.
Он заглушил мотор и собирался выйти под дождь, когда во двор медленно въехал массивный черный внедорожник. Фары скользнули по мокрому асфальту. Машина плавно остановилась прямо у подъезда Марины.
Дверь открылась. На асфальт ступил блестящий кожаный ботинок. Человек в темном кашемировом пальто вышел из машины, огляделся по сторонам и, набрав код на домофоне, скрылся за металлической дверью.
Виктор достал зажигалку. Колесико с лязгом провернулось под большим пальцем.
Дворник с сухим резиновым скрипом размазал грязь по лобовому стеклу. Виктор повернул ключ зажигания, отключая питание. Щетки замерли на середине стекла, перекосив серый прямоугольник обзора. В салоне старой машины быстро холодало. Изо рта при каждом выдохе вырывалось облачко густого пара.
Виктор сидел неподвижно. Пальцы правой руки методично перекатывали в кармане стальную зажигалку. Металл оставался ледяным. Взгляд был прикован к ярко освещенному козырьку третьего подъезда новостройки.
Ожидание растянулось на сорок две минуты…
