Жизнь без прикрасЯ узнавала его по мелочам, которые прежде не замечала. По вечерам Артём любил читать исторические хроники. Книгу держал левой рукой, а правой мерно постукивал карандашом по столу. За едой обнаружилось, как он терпеть не может жидкие протёртые каши. Повариха пичкала его ими, уверенная, что больному такую еду легче есть. Закончив есть, он тщательно вытирал губы льняной салфеткой, а затем аккуратно её складывал. Во всём этом я замечала, с какой яростью он оберегает оставшуюся самостоятельность, возможность хоть в чём-то обходиться без чужой помощи.
Прежде мне казалось, что тяжёлая инвалидность прежде всего требует сочувствия. Рядом с ним я поняла: больше всего такие люди ненавидят жалость. Важно, чтобы окружающие признавали в них людей, обладающих достоинством.
Однажды утром, за завтраком, он неожиданно спросил:
— Долго ты ещё намерена тут оставаться?
Кофейник замер у меня в руках.
— Я не гоню тебя, — продолжил Артём уже тише. — Сам разобраться не могу, чего мне больше хочется: чтобы ты была рядом или чтобы ушла.
Я встретила его взгляд.
— Я тоже не знаю, надолго ли. Но сейчас уходить мне не хочется.
Он ответил не сразу.
— Тогда оставайся. Только если это жалость — убирайся сейчас же. Подачки мне не нужны.
Мне было больно это слышать. Невыносимо думать, что для него я всего лишь сиделка, которая взяла на себя благотворительную обязанность.
На следующий день без предупреждения приехали родственники. Экономка прибежала с кухни перепуганная.
— Ирина, тётка Артёма приехала, Раиса Фёдоровна. Вы с ней осторожнее. Злая женщина, ядовитая, как гадюка.
В гостиной меня встретил презрительный взгляд поверх очков. На тётке был строгий чёрный костюм и множество тяжёлых золотых украшений.
— Значит, это ты теперь законная жена нашего бедолаги. Личико миленькое. Говорят, мать у тебя зелень на рынке продаёт, а ты секретаршей за копейки работала. Что у тебя ещё есть, Золушка?
Я спокойно улыбнулась.
— Мама зарабатывает честно, торгует овощами. Я была делопроизводителем. Стыдиться нам нечего.
Раиса Фёдоровна вульгарно расхохоталась.
— Какая простота! Ты здесь нужна для приличия, чтобы семейный позор прикрыть. За тебя бешеные деньги отдали, из нищеты вытащили. Благодари и знай свой шесток.
Я выпрямилась.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.