Жизнь без прикрас— Витя, прошу тебя, прояви великодушие. Я не оправдываю твою мать, ты знаешь. Но прости её наконец. Мне кажется, она с ума сошла. Или чувствует, что скоро умрёт? Она сама на себя не похожа, какое-то жалкое подобие прежней себя. Может быть, если ты приедешь, что-нибудь изменится. Ведь она может попасть в лечебницу — подумай, что тогда будет.
Телефон был включён на громкую связь. Ира впервые услышала голос родного отца — твёрдый, решительный.
— Папа, до этой женщины мне нет дела. Тебе я рад всегда, для тебя мой дом открыт. А её в моей жизни нет. Прости.
Ирина продолжала стоять на лестнице. Подступили слёзы, но плакать она не хотела и судорожно хватала воздух ртом, стараясь успокоиться.
Из слов отца она поняла, что он сильно любил её маму, раз за столько лет не смог простить свою мать. Ира злорадствовала: к Тамаре Романовне она испытывала то же, что и он.
Когда шаги Николая Григорьевича смолкли, девушка побежала к себе. Нужно было сменить няню и наконец побыть с Максимкой.
Разговор слышала и Тамара Романовна. Она собиралась перед сном спуститься в сад, подышать воздухом, но стала свидетельницей неприятной для себя беседы. Дождавшись, пока муж уйдёт и стихнут его шаги, вернулась в свою комнату и послала Виктору короткое сообщение — всего четыре слова.
Пусть Николай Григорьевич взывает к благородству и высоким чувствам. Она всю жизнь поступала по собственной воле и могла позволить себе больше.
Окружающим лишь казалось, что операция её изменила. Тамара Романовна оставалась прежней: сильной, уверенной в себе, решительной, готовой идти по головам. Теперь она ожидала ни много ни мало аплодисментов. Рискнула жизнью, чтобы убедиться в своей правоте, и считала, что заслужила восхищение и благодарность.
Она позвонила Богдану, уже собиравшемуся отдыхать, и велела срочно вернуться в особняк: нужно было приготовить лёгкий праздничный стол с шампанским. Затем вызвала Ирину, сказав, что ей требуется помощь.
Ира растерялась. Няню она уже отпустила, оставить малыша было не с кем. Хозяйка великодушно разрешила взять его с собой: пусть играет рядом с ними.
Пришлось возвращаться. Ирина сразу направилась в комнату Тамары Романовны, но та оказалась пустой. Хозяйка в это время находилась у мужа в спальне.
— Коля, ты уже спать собрался? — спросила она с насмешкой. — Надевай приличную рубашку и брюки. К нам сын едет.
Николай Григорьевич посмотрел на неё с ужасом. Теперь он решил, что жена окончательно лишилась рассудка. Всего пятнадцать минут назад Виктор ясно дал понять: в этот дом он не приедет, пока здесь жива его мать. Ждать сына было бессмысленно.
Однако огорчать Тамару ещё сильнее муж не хотел. Он оделся, как она просила, и покорно последовал за ней.
В гостиной Богдан заканчивал накрывать стол. На нём уже стояли шампанское, виски, закуски, деликатесы и фрукты.
— Тамара Романовна, ещё что-нибудь нужно? — подобострастно спросил он, опасаясь ненароком рассердить непредсказуемую хозяйку.
— Позови горничную. Пусть нарвёт цветов и расставит вазы по всей гостиной.
Богдан тут же выполнил распоряжение. Через пятнадцать минут комната утопала в букетах: их поставили всюду, где нашлось место.
Собравшиеся тревожно переглядывались. Никто не понимал, чего теперь ждать от Тамары Романовны. Особенно тяжело, казалось, было её мужу: Николай Григорьевич то бледнел, то хватался за сердце. Сегодня жена выглядела ещё более странной, чем в последние дни.
С лестницы, ведущей с первого этажа в гостиную, донеслись шаги. В комнату вошёл Виктор.
Повар, горничная и Ира его не знали. Все они начали работать здесь уже после того, как сын хозяев перестал бывать у родителей. Тамара Романовна сочла нужным сама представить ему собравшихся.
— Ну что, сынок, пора нам мириться, — сказала она с усмешкой. — Знакомься: Богдан, наш повар. Вера Степановна, горничная. А это Ира, моя помощница.
Виктор посмотрел на девушку, и всем показалось, что он едва держится на ногах.
— Ира? А фамилия у тебя какая?
— Лисовская.
После развода Ирина так и не сменила фамилию. Теперь, увидев волнение гостя, она поняла: перед ней отец. Каждый, кто знал её маму, говорил, что Ира — её копия.
— А у мамы какая фамилия? — спросил Виктор.
— Коваль.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.