Позже фонд начал работать в полную силу. Первое письмо с благодарностью пришло от женщины, которой оплатили срочную операцию ее новорожденному сыну. Она писала неровным почерком, что не знает, кому молиться за людей, которые помогли, но каждый день будет помнить их имена. Я читала письмо вслух, и Данило отвернулся к окну.
— Ты плачешь? — спросила я.
— Нет, — ответил он слишком быстро. — Просто свет яркий.
Я не стала спорить. Мать всегда знает, когда у сына «яркий свет».
Потом были другие письма, другие истории, другие спасенные дети. Мы не могли исправить прошлое Софии, не могли вернуть Олега, не могли отменить ту ночь, когда Валентина прошла по больничному коридору с украденным младенцем под пальто. Но мы могли сделать так, чтобы чья-то будущая ночь закончилась иначе.
Иногда журналисты просили Данила дать большое интервью. Он соглашался редко. Не любил рассказывать о личном. Но однажды его спросили, кого он считает главным человеком в своей судьбе. Он ответил без паузы:
— Мою мать.
— Биологическую? — уточнил журналист.
Данило посмотрел прямо в камеру.
— Женщину, которая меня вырастила. Биология объясняет начало жизни. Любовь объясняет, почему человек выжил и кем стал.
Я увидела запись позже. Сидела одна на кухне, держала чашку, а чай остывал. Когда прозвучали эти слова, я закрыла глаза. Мне больше не нужно было доказывать миру, что я мать. Мой сын уже сказал это за меня.
Со временем я перестала бояться праздников. Первый день рождения Данила после всех событий мы отмечали дома. Без пышных залов, без людей, которым важно только быть рядом с громкой фамилией. Пришли Глеб Андреевич, Вера Ильинична, Остап Левченко, Петро Семенович, несколько близких родственников, которые не отвернулись от нас в ту страшную ночь.
Я испекла торт сама, хотя Вера Ильинична уверяла, что можно заказать у лучшего кондитера. Данило попробовал кусок и сказал:
— Вкус детства. Никакой кондитер так не умеет.
Глеб Андреевич рассмеялся:
— Видишь, Вера, состояние состоянием, а торт решает мать.
Мы смеялись. И в этом смехе не было ни тени прежней фальши…
