Жизнь без прикрас— Безнадёжным его не назовёшь, — сказал Максим.
— Я это уже понял, — тихо ответил Мельник.
— Тогда для чего понадобился я?
— Хотел проверить себя. Вдруг из-за истории Дружка я вижу здесь то, чего нет.
Максим посмотрел на него.
— Ошибиться вы можете и сейчас. Предсказать, каким вырастет щенок, никто не сумеет. Но отказываться от него из-за этого незачем. Надо найти для него ту жизнь, в которой ему будет хорошо.
Мельник задумался.
— Служебной собакой он, может, никогда не станет.
— И что с того?
Ответа пришлось ждать. Потом Мельник негромко сказал:
— Прежде это для меня решало всё.
Максим поднялся.
— А сейчас?
Мельник посмотрел на Барсика.
— Пожалуй, уже не всё.
Перед отъездом Максим вывел Дружка к машине. У ворот их догнал хозяин питомника.
— Гончар. — Максим обернулся. — Я ведь так и не попросил прощения.
Максим ждал молча.
— За Дружка, — продолжил Мельник. — За то, что с ним делали. И за меня: я видел в нём одну неисправную лапу.
Максим сначала посмотрел на пса, затем на Мельника.
— Прошлого извинением не изменить.
— Понимаю.
— Зато то, как вы будете обходиться с Барсиком и с теми, кто появится после него, ещё может что-то изменить.
Мельник медленно кивнул. Максим открыл автомобильную дверь.
На обратном пути Дружок долго смотрел наружу, потом улёгся и уснул. Максим ожидал удовлетворения, даже ощущения победы, но не чувствовал ни того ни другого. Возвращение к старой боли не стало красивой расплатой. Оно показало ему, что прежняя боль уже не распоряжалась всем, как раньше. Когда-то он вынес отсюда дрожащего щенка. Сегодня Дружок вошёл сам и сам вышел. Для Максима это значило больше любой награды.
Спустя несколько недель пришёл снимок от Мельника. Барсик лежал на траве возле пожилых супругов, взявших его домой обычной семейной собакой. Под фотографией стояли четыре слова: «Кажется, он нашёл своих».
Максим показал снимок Дружку.
— Хорошо поработали, приятель.
Пёс посмотрел на хозяина и спокойно опустил голову ему на колено.
Ещё через несколько месяцев, одним утром, Дружок не смог сразу забраться во внедорожник. Обычно даже слабая задняя лапа не мешала: он привык рассчитывать прыжок и почти без раздумий оказывался на пассажирском сиденье. Теперь передние лапы встали на порог, пёс попытался подтянуться — и остановился. Максим немедленно вышел.
— Тише, не торопись.
Дружок смотрел на него с раздражением, будто сердился на собственное тело. Максим поддержал его под грудью и помог подняться.
— Всё в порядке. Не каждый раз нужно справляться самому, можно и помощь принять.
Сказал он это шутливо. Однако слова не выходили из головы весь день. Ему пришлось думать о том, чего он избегал с самого появления Дружка: придёт время, когда пёс не сможет работать.
Ветеринар подтвердил его подозрение. После нескольких лет активной работы врождённый дефект сустава сказывался сильнее. Катастрофы не было, но продолжительная нагрузка стала нежелательной.
— Он ещё не больной старик, — объяснил врач. — Только подвижность на будущее надо беречь уже теперь. Для этого придётся уменьшить интенсивность работы.
Максим сидел возле Дружка и медленно кивал.
— Насколько уменьшить?
— Долгий поиск по трудному рельефу исключить. Прыгать меньше, отдыхать и восстанавливаться больше. Я бы понемногу завершал его участие в операциях.
Последняя рекомендация далась Максиму тяжелее, чем он предполагал. Он с самого начала знал, что такой день наступит, но готовым к нему не был.
Дружок спал по дороге домой, а Максим думал о работе, незаметно ставшей частью их обоих. Для Андрея и Лисовского пёс был надёжным напарником, для людей в центре — живым подтверждением, что прошлое не решает всего будущего. Другие знали его по находкам, которые упустили остальные собаки. Максим пытался понять, кем станет Дружок без поиска, и узнавал собственный мучительный вопрос после увольнения: кем оставался он сам без службы? Тогда ответа он не нашёл. Теперь нельзя было повторять это с собакой.
На следующий день Максим позвонил капитану.
— Надо обсудить Дружка.
Лисовский сразу понял его тон.
— Что говорит ветеринар?
— Нагрузку пора уменьшать.
Капитан выдержал паузу.
— Всё настолько плохо?
— Пока нет. Потому и хочу закончить до того, как станет плохо.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.