— Привет, — сказал Богдан и протянул цветы Оксане.
Она взяла их машинально.
— Здравствуй.
Богдан присел перед Назаром на корточки. Его улыбка стала мягче, почти неуверенной.
— Привет, сын. Я твой папа.
Назар внимательно рассматривал его лицо, будто сверял с той старой фотографией.
— Здравствуйте.
— Можно просто «привет». Мы ведь родные.
— У нас глаза одинаковые, — сказал Назар.
Богдан на секунду растерялся, потом улыбнулся шире.
— Да. Точно одинаковые.
Они пошли по аллее. Оксана держалась рядом, не вмешивалась, но не отпускала ситуацию из виду. Богдан спрашивал сына о школе, друзьях, каратэ. Сначала Назар отвечал коротко, осторожно, но когда разговор зашёл о тренировках, оживился.
— Я тоже занимался каратэ, — сказал Богдан. — Давно, правда.
— А пояс какой был?
— Зелёный.
— Правда? А почему бросили?
— Глупый был. Хотелось всего сразу, а тренироваться каждый день не хотелось.
Назар рассмеялся. Это был первый смех за всю прогулку, и Оксана почувствовала одновременно радость и тревогу. Радость — потому что сыну было хорошо. Тревогу — потому что хорошее, подаренное Богданом, могло исчезнуть так же внезапно, как появилось.
— Давай ещё встретимся, — предложил Богдан ближе к концу прогулки. — Сходим в кино или в парк аттракционов.
Назар сразу посмотрел на мать.
— Мам, можно?
Оксана не смогла отказать.
— Можно. Но я пойду с вами.
— Конечно, — легко согласился Богдан.
Через две недели они действительно пошли в кино на мультфильм, потом ели мороженое в небольшом кафе. Богдан был внимателен, покупал Назару всё, что тот просил, терпеливо слушал рассказы о школе и тренировках. Оксана наблюдала и пыталась понять, где правда, а где роль. Но Богдан не исчезал. Он звонил сыну каждые несколько дней, интересовался оценками, спрашивал о соревнованиях, предлагал прогулки.
К весне встречи стали регулярными. Назар ждал их, хотя старался не показывать слишком явно.
— Он изменился? — спросила Марьяна однажды.
— Не знаю.
— Или хорошо играет?
— Не знаю и этого.
— Оксана, осторожнее.
— Я осторожна.
Но внутри она не была уверена. Иногда Богдан смотрел на Назара так искренне, что Оксана хотела поверить. Иногда в его голосе мелькала прежняя властность, и она снова настораживалась.
В марте Богдан предложил отвезти Назара на областной турнир по каратэ в другой город.
— Хороший опыт для него. Там будут сильные ребята.
— Я поеду с вами, — сразу сказала Оксана.
— Я и не думал иначе.
Они отправились втроём. В машине Назар почти всю дорогу говорил о приёмах, соперниках, тренере. Богдан слушал, задавал вопросы, иногда подбадривал. На турнире Назар выступил достойно и занял третье место. Когда ему вручили медаль, Богдан снимал всё на телефон, а потом обнял сына так крепко, будто наверстывал семь лет одним движением.
— Молодец, чемпион. Я знал, что ты справишься.
На обратном пути они остановились в придорожном кафе. За окном темнело, в помещении пахло горячей едой и мокрой одеждой. Назар устал, но сиял, постоянно трогал медаль на груди. Богдан смотрел на него с гордостью. Оксана вдруг поймала себя на мысли: вот так могла бы выглядеть их жизнь, если бы всё сложилось иначе. Мама, папа, ребёнок за одним столом. Обычный ужин после соревнований.
— О чём задумалась? — спросил Богдан.
— Так. Ни о чём.
Он помолчал, потом осторожно сказал:
— Оксана, а ты не думала… может, нам стоит попробовать снова?
Она замерла.
— Что именно попробовать?
— Быть вместе. Ради Назара. Да и не только ради него. Мы неплохо проводим время втроём. Я изменился. У меня теперь есть возможности. Я могу вас обеспечить. Ты уйдёшь из больницы, перестанешь тянуть всё на себе. Купим просторную квартиру. Назар будет расти в полной семье.
Предложение прозвучало слишком красиво. В нём было всё, о чём Оксана запрещала себе мечтать: спокойствие, достаток, семья, отец для сына. И всё же где-то внутри поднялось сопротивление. Память о младенце на руках, о его уходе, о насмешке на встрече, о заявлении в социальную службу не исчезла.
— Я не могу ответить сейчас, — сказала она.
— Я не тороплю. Просто подумай.
Он говорил мягко, почти ласково. Назар за столом сонно улыбался, не до конца понимая разговор, но чувствуя главное: родители рядом. Оксана смотрела на сына и боялась, что один неверный шаг снова разобьёт его доверие…
