Слова складывались в ясный недвусмысленный текст. Это было завещание, и в нем черным по белому было написано, что все лесные угодья, принадлежащие старику, должны быть безвозмездно переданы государству для создания природного заповедника.
Ни слова об Игоре, ни слова о коммерческой продаже земли. Сердце Елены пропустило удар, пазл начал складываться в единую пугающую картину. Обгоревшее завещание, спешный и тайный отъезд Льва без единого слова прощания, холодное спокойствие племянника и, главное, те странные следы красной глины на его ботинках сложились воедино.
Осознание обмана обрушилось на нее ледяным водопадом. Никакой медицинской машины не было, Игорю нужен был только лес, а старик стоял на его пути к богатству. Елена судорожно сжала обгоревший документ, понимая, что должна немедленно связаться с мужем.
В это же время на старой лесной дороге, извилистой лентой прорезающей вековой лес, натужно ревел мотор старого пикапа. Дмитрий ехал медленно, внимательно вглядываясь в заснеженную колею. Его мысли были далеко.
Как и жена, он чувствовал глубокую, тянущую тревогу за судьбу старого друга. Густой туман начал рассеиваться, уступая место пронзительному дневному свету, когда впереди, прямо на середине дороги, выросла массивная серая фигура. Дмитрий резко ударил по тормозам, старый автомобиль пошел юзом, но остановился в нескольких метрах от препятствия.
Механик затаил дыхание. Перед капотом его машины стоял Волков — огромный лесной волк с характерным белым шрамом на морде преградил ему путь. Дмитрий знал этого зверя и знал о его необычной связи со Львом.
Но встреча с диким хищником один на один в глухом лесу всегда требовала предельной осторожности. Однако поведение волка было совершенно необычным: в нем не было ни агрессии, ни желания защищать территорию. Зверь сделал несколько шагов навстречу машине, опустил голову и бережно положил на притоптанный снег небольшой предмет.
Затем он отступил на шаг, поднял на человека свои выразительные влажные глаза и начал настойчиво скрести передней лапой снег, тихо, почти умоляюще поскуливая. Дмитрий медленно открыл дверцу пикапа и спустился на хрустящий снег. Он сделал осторожный шаг вперед, не отрывая взгляда от волка.
Волков оставался неподвижен, словно статуя, высеченная из серого камня. Мужчина наклонился и поднял предмет. Это была деревянная дубовая трубка Льва, которую Дмитрий узнал мгновенно.
Но было еще кое-что: на светлом дереве виднелось темное зловещее пятно, которое выделялось на фоне резьбы. Сердце Дмитрия сжалось, и он снова посмотрел в глаза хищнику. В этом пронзительном взгляде читалась целая история, полная отчаяния и мольбы.
Лесная мудрость, накопленная за годы жизни среди деревьев, подсказала Дмитрию единственно верный ответ. «Звери никогда не лгут, дикие волки никогда не бросают свою стаю», — прошептал Дмитрий, крепко сжимая трубку в кулаке. Лев в беде, и он там, наверху.
Действовать нужно было молниеносно. Механик бросился обратно в кабину пикапа и схватил рацию: каждая секунда была на счету. Он быстро настроил нужную частоту, вызывая единственного человека, способного помочь в такой ситуации.
Это был Борис, бывший спасатель, человек с внешностью сурового медведя, но с невероятно отзывчивым сердцем. Борис прошел через самые суровые зимы, знал горы лучше, чем кто-либо другой, и умел работать на отвесных скалах. «Борис, ответь! Это Дмитрий», — голос механика дрожал от напряжения, но звучал твердо и решительно.
«Хватай свое альпинистское снаряжение и лебедку, жду тебя у подножия каменного уступа. Наш старик в беде, время пошло». Бросив рацию на сиденье, Дмитрий выскочил из машины и направился к багажнику, где лежали мотки прочного троса и инструменты.
Волков, поняв, что человек принял его послание, коротко и благодарно взвизгнул. Зверь развернулся и легкой рысью направился обратно в чащу, указывая путь к вершине. Дмитрий, не теряя ни мгновения, завел мотор и направил пикап вслед за серым проводником, готовясь к самому главному испытанию в своей жизни.
Ночь опустилась на горы внезапно, словно кто-то набросил на вершины тяжелый бархатный плащ….
