— Пока не знаю. Но придумаю. Не могу я спокойно смотреть, как эта выскочка моего сына вокруг пальца обводит.
Полина сжала кулаки.
Выскочка.
Вот кем она была в глазах свекрови. Не женой сына. Не человеком, который работает до ночи. А выскочкой, посмевшей зарабатывать и распоряжаться своими деньгами.
Когда Раиса ушла, Полина забрала диктофон и перенесла запись на ноутбук. Потом прослушала ее в наушниках. Голос Галины Павловны звучал ядовито, уверенно, почти торжествующе.
Полина создала отдельную папку и сохранила файл. Назвала просто: «Доказательство».
Через неделю Галина Павловна стала неожиданно любезной. По утрам спрашивала, как Полина спала, не помочь ли ей с готовкой, не налить ли чаю. Улыбалась мягко, говорила спокойно. Но глаза оставались прежними — холодными и оценивающими.
Потом пришло приглашение на семейный обед.
Брат Галины Павловны, Аркадий, отмечал переезд в новую квартиру. Позвал родню: сестру Валентину, жену Ирину, племянников, Галину с Денисом и, конечно, Полину.
— Оденься прилично, — сказала свекровь утром. — Там будут все. Не хочу, чтобы подумали, будто мы еле сводим концы с концами.
Полина выбрала простое темное платье и скромные туфли. Галина Павловна осмотрела ее с головы до ног, поджала губы, но промолчала.
Стол накрыли щедро: салаты, горячие блюда, закуски, сладкое. Аркадий был весел, рассказывал истории, шутил, хвастался ремонтом. Его жена Ирина, маленькая сухая женщина с недовольным выражением лица, молча носила тарелки.
Полина села ближе к краю стола и старалась не привлекать внимания. Ела понемногу, отвечала коротко, но все равно чувствовала взгляды. Слишком частые. Слишком внимательные.
В какой-то момент Галина Павловна подняла бокал.
— Хочу сказать за семью, — объявила она. — За то, чтобы мы держались вместе. И чтобы каждый помнил: семья — дело святое. Здесь нельзя хитрить, нельзя обманывать, нельзя жить с тайнами. Здесь надо быть честным до конца.
Она посмотрела прямо на Полину.
И все тоже посмотрели.
Полина подняла бокал вместе с остальными, сделала маленький глоток. Напиток показался горьким.
— Правильно Галя говорит, — поддержала Валентина. — Честность — это главное. У меня вот знакомая была: мужу врала, что работает, а сама неизвестно чем занималась. Он узнал — сразу выгнал.
— И правильно, — кивнула Ирина. — Обманщиков жалеть нельзя.
— А у вас, Полина, как с работой? — вдруг спросила Валентина. — Слышала, вы теперь чем-то с программами занимаетесь?
— Да, — ответила Полина. — Работаю.
— И хорошо платят?
Полина замерла.
Вопрос прозвучал почти невинно, но она заметила, как Галина Павловна чуть подалась вперед.
— По-разному, — уклончиво сказала Полина. — Зависит от задач.
— А в среднем? — не отставала Валентина. — Мне просто интересно. Многие сейчас из дома работают.
Полина назвала умеренную сумму, не упоминая дополнительных заказов.
Галина Павловна тихо хмыкнула.
— Неплохо, — протянула Валентина. — И что вы покупаете на эти деньги?
— Валя, какая разница? — вмешался Денис. — Это ее работа.
— Да я просто спрашиваю, — улыбнулась та. — Галя говорила, Полина купила дорогой ноутбук. Я подумала, может, она подскажет, где такие выгодные вещи находят.
— Никаких секретов, — сказала Полина. — Обычный магазин.
— Обычный магазин, обычная цена, все обычное, — добавила Галина Павловна с легкой усмешкой.
Повисла пауза.
Аркадий попытался сменить тему, громко предложил выпить за здоровье. Разговор ушел в другую сторону, но неприятный осадок остался.
Полина вышла в ванную, умылась холодной водой и посмотрела на себя в зеркало. Щеки горели, пальцы дрожали. Все было ясно: Галина Павловна заранее подготовила родню, и теперь любой вопрос звучал не как любопытство, а как обвинение.
Когда Полина вернулась, за столом обсуждали жилье.
— А вы не думали расширяться?
