Она призналась, что всё это время панически боялась его безнаказанности. Думала, что таким людям с деньгами и связями закон не писан. Но оказалось, что управу можно найти на каждого.
Я ответил, что в жизни редко бывает абсолютная справедливость. Скорее всего, этот подонок быстро найдёт себе новое тёплое место. Но мы хотя бы не позволили ему выйти сухим из воды на этот раз.
Лена задумчиво кивнула, а потом спросила, верю ли я ей теперь. Я честно сказал, что не знаю точного ответа на этот вопрос. Я верю в то, что он мерзавец и цинично её использовал.
Но я не могу забыть о том, что она сама дала ему этот шанс. Сама отвечала на его ухаживания и не знала меры в алкоголе. Она виновато опустила голову и согласилась с моими словами.
Сказала, что до конца дней не сможет простить себе эту слабость. Мы снова надолго замолчали. Потом я сказал, что хочу попытаться построить наше будущее на этих руинах.
Я не обещаю, что смогу всё забыть, но я готов попробовать. Лена посмотрела на меня с огромной надеждой в глазах. Спросила, что от неё требуется для того, чтобы всё получилось.
Я ответил, что мне нужна только стопроцентная честность. Предупредил, что если она соврёт мне ещё хотя бы один раз, я уйду навсегда. Она твёрдо пообещала, что больше никогда меня не обманет.
Следующие несколько недель были для нас очень необычными. Мы словно заново учились общаться друг с другом. Я стал больше рассказывать ей о своих делах на заводе, делился радостями и проблемами.
Она в ответ рассказывала о своей новой работе и коллегах. Говорила о том, как страшно ей было начинать всё с нуля. Как-то вечером мы сидели на кухне за чашкой чая.
Вдруг Лена спросила, помню ли я день нашего первого знакомства. Я улыбнулся и ответил, что, конечно, помню. Она тоже улыбнулась и начала с теплотой вспоминать детали того дня.
Вспоминали, как я подошёл к ней в парке, а она попыталась меня отшить. Как я настойчиво добивался её внимания, пока она не согласилась пойти на свидание. Мы искренне смеялись над этими воспоминаниями.
И впервые за долгие месяцы я почувствовал к ней настоящую душевную теплоту. Затем она спросила, что бы я изменил в прошлом, если бы у меня была такая возможность. Я немного подумал над её вопросом.
Ответил, что стал бы уделять ей гораздо больше внимания. Замечал бы её усталость и не пускал бы наши отношения на самотёк. Она кивнула и сказала, что тоже исправила бы множество своих ошибок.
Сказала, что никогда бы не пошла на ту встречу в кабинет начальника. Ни за что не стала бы так напиваться на корпоративе. Позвонила бы мне и попросила забрать её домой, а не пряталась бы по туалетам.
Мы сидели в тишине, наслаждаясь этим моментом откровенности. Затем я протянул руку и нежно накрыл её ладонь. Она крепко сжала мои пальцы и посмотрела мне прямо в глаза.
Я увидел в них боль, вину, надежду и кое-что ещё. Что-то, что я давно перестал замечать за стеной своих обид. Наверное, это была настоящая любовь.
Я не был уверен, что сам всё ещё люблю её. Но я точно знал, что хочу попытаться всё исправить. Через месяц подошло время её третьих контрольных анализов.
Мы снова сидели в знакомом больничном коридоре, и я держал её за руку. Она мелко дрожала от волнения. Наконец Олег Валерьевич пригласил нас в свой кабинет.
Он внимательно изучил результаты анализов и с улыбкой сказал, что всё абсолютно чисто. Курс лечения был официально завершён. Для перестраховки нужно будет прийти ещё раз через полгода, но уже сейчас можно выдохнуть.
Лена разрыдалась прямо в кабинете врача. Я просто с облегчением выдохнул. Это была наша первая серьёзная победа над обстоятельствами.
Медицинская проблема была решена. Теперь нам предстояло победить тех демонов, которые засели в наших головах. Вечером мы сидели дома, слушая, как сын играет в своей комнате.
Лена спросила о моих текущих чувствах. Я честно признался, что чувствую огромное облегчение, но вместе с ним и страх. Страх того, что вся эта история может повториться снова.
Я боялся, что снова поверю ей, а она нанесёт мне новый удар в спину. Лена сказала, что прекрасно меня понимает. Она добавила, что на моём месте тоже не смогла бы быстро вернуть доверие.
Но она пообещала сделать всё возможное, чтобы доказать свою преданность. Сказала, что готова тратить на это годы, если потребуется. Я посмотрел в её глаза, кивнул и ответил: «Посмотрим».
А потом произошло то, чего я совсем не ожидал от самого себя. Лена подошла ко мне и крепко обняла за шею. На этот раз я не стал её отталкивать.
Я обнял её в ответ, и мы долго стояли в тишине. Она плакала у меня на плече, а я гладил её по спине. Это не было актом всепрощения…
