Жизнь без прикрасИз дома доносился звон посуды: там хозяйничал Максим. У сына были уроки, десятый класс; каждое утро он садился в школьный автобус и ехал в райцентр, а вечером возвращался к домашним заботам. Всё, чем прежде занималась Оксана, теперь делал он. Не жаловался, не говорил, сколько на него свалилось, — брался и делал. Виктор замечал другое: осторожный сыновний взгляд. Будто Максим всё время боялся, что отец не выдержит, сломается окончательно. При нём Виктор старался держаться, не показывать, насколько ему больно. К нытью ноги он уже привык, знал эту боль. Но теперь была ещё одна — где-то в груди, тупая и неподъёмная. С ней он не мог ничего поделать, как ни старался скрыть её от сына.
Он выбрал заготовленный с осени сосновый брусок — сухой, гладкий, без единого сучка. Деревянная птица. В детстве такую вырезал рядом с дедом, потом делал маленькому Максиму. Нож оказался в ладони как продолжение руки. Лезвие пошло по волокну, снимая послушную ровную стружку. Голова оставалась пустой, а руки помнили.
Это не обычная деревянная игрушка. Из целого бруска выводят голову, тело и хвост; для крыльев и хвостового оперения готовят отдельные лучины, тонкие, как волос. Надрезают вдоль, не доходя до края, раскрывают веером, закрепляют в распилах. Получаются словно лёгкие пёрышки. Достаточно дунуть — птица повернётся. Клей здесь не нужен: дерево соединяют ножом и терпением.
На севере таких птиц делали издавна, подвешивали над колыбелью или семейным столом. Верили: убережёт дом, отведёт беду, не даст теплу уйти из-под крыши.
Виктору вспоминалось лето, когда ему было около восьми. На нынешнем его месте сидел высокий жилистый дед с седыми усами. Рядом Витька с первым своим ножом — маленьким, с костяной ручкой.
— Живое оно, дерево, Витя, дышит, — негромко объяснял Николай Матвеевич, направляя его руку по бруску. — Слушать надо. Против волокна не режь, веди вместе с ним. Понимаешь?
Витька кивал, старательно высунув язык.
— У нас птиц в четыре колена режут, — продолжал дед, поправляя пальцы внука на рукояти. — Мой прадед их для ярмарок делал, возил в город продавать. Потом отец резал, потом я за это дело взялся. Теперь вот ты учишься. А в голодные годы эти деревянные птицы полдеревни кормили. Люди сидели без хлеба, а мы брали птиц, шли с ними по дворам и выменивали муку. Так и кормились, Витя. Не зря говорят, что такая птица счастье в дом приносит. Кто её делать умеет, у того кусок хлеба будет, без куска он не останется.
Тогда в этих словах Виктор главного не расслышал. Ему нравилось учиться, нравилось, когда выходило хорошо. Вырос — устроился в леспромхоз: там платили, а резьба представлялась баловством. В семнадцать лет потерял деда. Мастерская после этого пустовала до его женитьбы на Елене. Уже семейным человеком он снова принялся за птиц, продавал ради лишней копейки в доме.
Теперь повторял то, чему дед учил тридцать лет назад. Те же движения — словно время замкнулось кольцом.
Под вечер на верстаке стояли три птицы с раскрытыми крыльями, две уточки-свистульки, конёк и тонконогий олешек. Такими игрушками жил он сам, такими играл Максим при Елене. Когда её не стало, игрушки спрятали в сундук. Сын подрос, Оксане они казались скучными.
— Пап, ужинать пора… Ого! — Максим замер в дверях, закутавшись в отцовскую телогрейку.
Подошёл медленно, осторожно коснулся крыла. Птица дрогнула и повернулась.
— Красиво, пап. — Он говорил негромко, с музейным изумлением. — Помнишь, ездили в областной центр, в краеведческий музей? Там такие за стеклом были.
Виктор оставил нож, обтёр руки о фартук. Пальцы затекли; за работой он не заметил времени.
— По-дедовому делаю. И прежде делал, тебе маленькому тоже.
— Помню. — Максим поднёс к губам уточку. Она отозвалась чистым, чуть гнусавым свистом. — Снять их можно? На телефон.
— Для чего? — Виктор пожал плечами.
— Выложу фотографии. Вдруг кто купить захочет? — Сын достал телефон, повертел его.
— Теперь везде пластик, всё привозное, — невесело усмехнулся Виктор. — До деревянных птиц кому дело?
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.