Жизнь без прикрасЛожка застыла в руке Максима.
— Самое нужное у нас есть, — негромко ответил Виктор, продолжая жевать. — Не мёрзнем, дрова запасены, поесть есть что.
— Самое нужное! — Оксана хмыкнула так горько, что Максим вздрогнул. — Ты сидишь со своими деревяшками за копейки, я торчу за прилавком. В сельмаг за целый день три покупателя зайдут. Мы же не живём, Виктор, мы доживаем.
— За резьбу платят. Пусть немного, зато постоянно. — Он оставил хлеб и посмотрел на жену. — И в магазин ты сама пошла.
— А куда ещё здесь пойдёшь? — Оксана повысила голос. — Какой у меня выбор в Берестяном Логу? Работы нет, людей нет. На что здесь надеяться?
Виктор не отвечал. За стеклом ветер шевельнул голую рябиновую ветку; она поскреблась в окно, будто просилась внутрь.
— Птицы твои — баловство для детей. — Оксана поднялась, упёрлась ладонями в стол. — Игрушки из дерева. Да нужны они кому-нибудь сегодня? Я себя заживо хоронить в этой глуши возле инвалида не стану. Мне жизнь одна дана. Одна!
«Инвалид» — слово осталось над столом, как топор над плахой.
— Да как ты можешь! — Максим вскочил, голос задрожал. — Он ведь тебя…
— Ты мне не сын, — твёрдо прервала Оксана, даже не повысив голоса. — Твоей матери семь лет как нет. Я старалась стать тебе близкой, Максим. Старалась, правда. Но дальше эту лямку тянуть не обязана.
Виктор закрыл глаза. Вспомнилась Елена: бледное лицо, истощённое последними месяцами болезни. Максиму было девять, когда она умерла. Потом три года Виктор растил его один. Днём уходил в леспромхоз, вечером садился за дедово ремесло, вырезал птиц.
На ярмарке в райцентре, возле соседнего прилавка, смеялась женщина, пробовавшая медовый пряник. Такой Виктор запомнил Оксану при первой встрече: яркой, живой, пахнущей городскими духами. Они разговорились. Она приехала к тётке погостить, но скучала; хотелось чего-нибудь нового. А он показался ей настоящим — это слово она сама тогда произнесла. Говорила о его золотых руках, о смышлёном сыне, о крепком доме. Всё, что составляло его жизнь, ей тогда нравилось. Оксана согласилась переехать к нему в Берестяный Лог. Не только с ним собиралась жить: рядом был Максим, которого Виктор до этого растил один. Она обещала любить обоих — и отца, и мальчика.
В первый год обещание ещё пыталась выполнить. Вместе с Максимом ходила за грибами, учила его печь блины. Потом зачастила к городским подругам: сперва выбиралась раз в месяц, следом — каждую неделю. Всё чаще говорила о скуке, о том, что нет развлечений, что жизнь проходит где-то без неё. Последний год дома она словно только ночевала. Отдельная комната, молчание за столом, телефон перед глазами.
— Уеду завтра, — сказала Оксана. Выпрямилась, расправила юбку. — К сестре, в областной центр. Буду там искать работу. И на развод подам.
В кухне сделалось так тихо, что отчётливо затрещали поленья в печи. Виктор поднял голову к тёмному окну. За ним угадывался старый сарай-мастерская; крупный снег опускался на подоконник.
— Как скажешь.
Почти равнодушный ответ заставил Оксану вздрогнуть. Она готовилась к скандалу: он закричит, начнёт умолять, заплачет — и можно будет чувствовать себя правой. А услышала лишь: «Как скажешь». Виктор опять взялся солить хлеб.
Максим обошёл стол, положил ладонь ему на плечо.
— Пап… — Он сглотнул. — Вдвоём справимся. Мы с тобой.
Виктор накрыл сыновнюю руку своей. Тёплая ладонь едва заметно дрожала. Оксана посмотрела на них, отвернулась и вышла. На лестнице застучали её шаги: пошла наверх, в свою комнату, укладывать вещи.
Остывала картошка. Максим пересел к отцу, прижался плечом. Ветер завыл в трубе, снег заметал двор и следы, оставленные Виктором по дороге домой. Завтра Оксану увезёт по зимнику машина. Пока же он сидел, держа сына за руку, и слушал скрип половиц над головой — там собирались в дорогу.
Через две недели после её отъезда Виктор почти перестал выходить из мастерской. Дом затих; прежде там слышались хотя бы недовольные вздохи Оксаны. Здесь под ножом тихо сыпалась стружка. Светлые сосновые завитки собирались у ног, как ещё один домашний снег.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.