Ежевечернее мытье посуды было строго регламентировано: понедельник, среда и пятница — его смена; вторник, четверг и суббота — моя; в воскресенье мы справлялись с этим вместе. В субботу ровно в десять утра он брался за пылесос. По средам запускал стиральную машину. Если на работе у меня случался аврал, он молча отправлялся на кухню и готовил ужин. Мне даже не приходилось об этом заикаться.
Когда я поведала об этом маме, она долго не могла поверить, что он сам стоит у плиты и не упрекает. Я объяснила ей, что для здешних мужчин это базовые вещи. Их с малых лет приучают, что поддержание чистоты не имеет гендерной привязки, это просто рутина.
Коллега мужа, Андреа, позже подтвердила это наблюдение, отметив, что в их обществе нет разделения труда на сугубо женский и мужской. Это банальные бытовые задачи, которые лежат на плечах обоих.
Я перестала ощущать себя домашней обслугой. Исчезло гнетущее чувство несправедливости из-за того, что я работаю и в офисе, и дома, пока партнер отдыхает.
Еще одним плюсом была жизнь без истерик. Штефан не повышал голос ни разу за все пять лет нашего брака. При возникновении конфликтных ситуаций он всегда предлагал сесть за стол переговоров и выработать решение, комфортное для нас обоих.
В нашем доме не хлопали дверьми и не играли в молчанку сутками напролет. Любая проблема решалась через диалог. Моя приятельница-немка Криста как-то обмолвилась, что закатывать скандалы — признак незрелости, а адекватные люди используют для коммуникации диалог.
Жизнь Штефана была расписана наперед: на год, на пятилетку, на десятилетие. Его финансовая стратегия была безупречной: четкое понимание суммы сбережений к сорокалетию, дата приобретения недвижимости, расчеты пенсионных выплат.
Я жила с осознанием того, что он не примет внезапных разрушительных решений вроде ухода с работы в творческий поиск или вложения всех сбережений в сомнительный стартап Василия. Это дарило невероятное чувство безопасности. На слово Штефана можно было положиться на двести процентов.
Моя местная знакомая Моника метко подметила, что их мужчины функционируют как швейцарские механизмы — с ними бывает не очень весело, но зато как за каменной стеной, в отличие от мужчин с нашей родины, с которыми часто приходится переживать вечный поиск приключений.
Минусы: от бережливости до отсутствия романтики
Однако у этой медали была и пугающая оборотная сторона — тотальное урезание расходов. В зимние месяцы наша квартира напоминала холодильник. Термостат стабильно стоял на отметке в 17 градусов. Штефан считал, что греть воздух слишком накладно, а прохлада благотворно влияет на иммунитет. В итоге я перемещалась по дому в нескольких слоях шерстяной одежды…
