— Это же исключительно твоя одежда, я ее надевать не буду. Логично, что и платить должна ты.
Вскоре я окончательно перебралась к нему. Мы арендовали просторную трехкомнатную квартиру в благополучном районе, что обходилось в 1600 евро ежемесячно. В первый же вечер новоиспеченный супруг открыл на ноутбуке Excel:
— Давай считать. Квартплата — 1600, значит, с каждого по 800 евро. Коммуналка выходит около 250, то есть по 125. Плата за сеть — 40, скидываемся по двадцатке. Продукты будем покупать по чекам, а в конце месяца сводить баланс. Согласна?
Я продолжала трудиться дистанционно на компанию из своей страны в качестве переводчика, мой доход составлял примерно 1200 евро. Оклад Штефана равнялся 4800 евро. Разница в заработке была четырехкратной, но быт мы оплачивали строго пятьдесят на пятьдесят.
Первые шесть месяцев превратились для меня в режим выживания: обязательные взносы сжирали большую часть моей зарплаты. В то время как супруг тратил на базовые нужды менее четверти своего дохода.
Однажды я решилась поднять эту тему:
— Штеф, послушай, а что если нам распределять траты в зависимости от уровня доходов? Ты ведь получаешь значительно больше…
— Но позволь, мы же оба самостоятельные люди с работой? — в его глазах читалось искреннее непонимание. — С какой стати я должен вносить большую сумму? Мы живем под одной крышей на правах равных партнеров. Честно — это когда поровну.
Моя приятельница Ира, давно осевшая в Берлине, посоветовала мне просто смириться. Она объяснила, что местные мужчины искренне не осознают концепцию «мужчина-добытчик». Для них партнерство — это абсолютное равенство во взносах, и размер зарплаты здесь не играет роли. Но в качестве бонуса супруг сам стоит у плиты и моет полы, что является своеобразным культурным компромиссом.
Очевидные плюсы совместного быта
Здесь Ира оказалась права: Штефан действительно занимался уборкой. По собственной инициативе, без скандалов и уговоров. Для меня это было в диковинку…
