Реестровый номер у нотариуса Ильина был точно таким же.
Мария сжала ключ в кулаке. Острые грани впились в кожу. Она сбросила вещи обратно в черный пакет, задвинула его под скамейку и быстрым шагом направилась к выходу.
Трамвай тащился по маршруту мучительно долго. Колеса с визгом проходили повороты. Стекла запотели от дыхания десятков пассажиров в мокрых куртках. Мария сидела у окна, не отрывая взгляда от мелькающих серых заборов промзоны.
Здание Центрального почтового отделения встретило ее гулом голосов и запахом старой бумаги, смешанным с выхлопами дизельных локомотивов неподалеку. Мария спустилась по широкой мраморной лестнице со стертыми ступенями в секцию абонентских ящиков.
Длинные ряды серых металлических ячеек уходили вдаль. Люминесцентные лампы под потолком монотонно трещали. В воздухе стояла мелкая цементная пыль. Мария шла вдоль секций, вглядываясь в цифры, нанесенные белой краской через трафарет.
Триста девяносто. Четыреста пять. Четыреста десять.
Ячейка 412 находилась в самом нижнем ряду, у пола.
Мария опустилась на одно колено. Бетонный пол был холодным и грязным. Она вставила ключ в узкую прорезь замка. Он вошел до конца с тихим металлическим щелчком. Она повернула его вправо. Механизм провернулся туго, с характерным скрежетом.
Металлическая дверца откинулась.
Внутри ячейки было темно. Пахло застоявшимся воздухом и пылью. На металлическом дне лежала черная спортивная сумка из дешевого нейлона. Мария ухватилась за ручки и потянула на себя. Сумка оказалась неожиданно легкой.
Это была закладка Виктора. Оружие и фото для киллера — «объекта М.». Он заказал её утилизацию после смены личности. Но авария сорвала план, и исполнитель так и не пришёл за посылкой.
Она поставила сумку на пол перед собой. Молния была застегнута не до конца. Мария потянула за собачку.
Внутри не было пачек денег…
