Помню, как он однажды заступился за соседку, которую муж бил. Так отделал того мужика, что тот потом месяц ходить не мог. Но больше руку на жену не поднимал.
— Я помню эту историю. Мне тогда лет десять было. — Да, ты весь в него.
Яблоко от яблони. Они посидели еще немного, допили настойку. Потом дядя Гриша ушел, а Михаил остался сидеть и думать о прошлом и будущем.
На следующий день на рынке состоялось небольшое собрание. Пришли все торговцы. Человек двадцать, включая тех, кто раньше боялся даже разговаривать на тему сопротивления.
Теперь они стояли вместе и смотрели на Михаила с уважением и благодарностью. Степаныч выступил вперед. — Миша, мы тут посовещались.
Хотим сказать тебе спасибо от всех нас. Ты вернул нам нормальную жизнь. Люди закивали, кто-то захлопал в ладоши.
— Мы скинулись, — продолжил Степаныч, доставая конверт. — Тут триста тысяч. Это тебе за все, что ты сделал.
Михаил покачал головой. — Не надо. Я делал это не ради денег.
— Мы знаем, но прими, пожалуйста. Это от чистого сердца. Михаил посмотрел на лица людей.
Усталые, но счастливые. Понял, что отказ обидит их. — Ладно.
Спасибо. Он взял конверт, но уже знал, что потратит эти деньги не на себя. Может, поможет кому-то из тех, кто пострадал больше всего.
Или вложит в какое-то общее дело для района. После собрания к нему подошла женщина лет 35 с усталыми, но красивыми глазами. Михаил узнал ее.
Марина, продавщица из магазина «Семена». — Можно вас на минуту? — спросила она тихо.
— Конечно. Они отошли в сторону. — Я хотела поблагодарить лично, — сказала Марина.
— Мой брат — тот мужик, которого они избили год назад так, что он месяц в больнице лежал. После этого он боялся выходить из дома. А теперь…
Теперь он снова начал жить. Вчера впервые за год вышел на улицу сам. Рад, что ему лучше.
Это благодаря вам. Вы дали людям надежду. Марина смотрела на него так, что Михаил почувствовал что-то давно забытое.
За 10 лет на зоне он отвык от женского внимания. От мягких взглядов и теплых слов. — Может, как-нибудь… — Марина замялась.
— Может, выпьем кофе вместе? Если вы не против. Михаил улыбнулся впервые за долгое время.
— Не против. Они договорились встретиться в субботу в маленьком кафе на соседней улице. Михаил шел домой и ловил себя на том, что насвистывает какую-то мелодию.
Жизнь действительно начинала налаживаться. Вечером позвонил Жора. — Как дела, брат?
— Нормально, спокойно. — Слышал, что на рынке тебя чествовали как героя? — Преувеличивают.
— Не скромничай. Ты сделал то, что никто не мог. Без крови, без войны, уважаю.
— Спасибо, Жора. И за помощь спасибо. Без тебя бы не получилось.
— Брось. Это ты все сам. Я только подстраховал.
Они поговорили еще немного о разных делах, потом попрощались. Михаил лег спать с чувством, что впервые за очень долгое время все идет как надо. В субботу он встретился с Мариной в кафе.
Она пришла в простом платье, с легким макияжем. И Михаил подумал, что она красивее, чем ему показалось в первый раз. Они пили кофе и разговаривали.
Марина рассказывала о себе. Разведена. Детей нет.
Работает продавщицей уже пять лет. Михаил слушал и кивал. Сам говорил мало.
Не привык откровенничать. Да и что рассказывать? Десять лет в зоне — не самая приятная тема для первого свидания.
Но Марина не давила. Не задавала неудобных вопросов. Просто была рядом.
Улыбалась. И от этого становилось тепло и спокойно. После кафе они гуляли по парку.
Осенние листья шуршали под ногами. Воздух пах дымом и прелой листвой. Марина взяла его под руку, и Михаил не отстранился.
«Ты странный», сказала она вдруг. «Почему?»
