Сначала он не придал этому значения, списав всё на тлеющий от удара молнии сухой ствол. Природные лесные пожары в этих безлюдных краях считались совершенно обычным сезонным делом. Но, приглядевшись внимательнее, пилот понял, что этот дым выглядит слишком ровным.
Обычный лесной пожар всегда дает густой бурый шлейф, беспорядочно расползающийся по ветру. Здесь же белая ниточка тянулась строго вверх, словно нарисованная линия на голубом листе. Именно так дымит печка или костер, за которым кто-то внимательно следит.
Рябцев сверился с развернутой полетной картой своего маршрута. Прямо под ним находилась та самая абсолютно безжизненная мертвая зона. До ближайшего известного человеческого жилья оставалось не менее ста восьмидесяти километров.
В этом квадрате не значилось ни поселков, ни зимовий, ни временных геологических баз. Пилот знал данный сложный район практически наизусть. Он благополучно пролетал над этими дикими лесами не одну сотню раз.
Там просто никого не могло быть, но дым упорно свидетельствовал об обратном. Рябцев принял твердое решение немедленно снизиться для визуальной проверки. Фельдшер Галина Ивановна, сидевшая в грузовом отсеке, почувствовала резкий спуск и испугалась поломки.
Она заглянула в кабину и увидела Рябцева, вцепившегося в штурвал с невероятным удивлением на лице. Вертолет аккуратно опустился до высоты ста пятидесяти метров над землей. Именно тогда они оба отчетливо разглядели все скрытые детали.
Это была не естественная природная поляна, а явно расчищенная человеческими руками территория. Ее рукотворное происхождение выдавали подозрительно ровные и ухоженные края. На поляне располагались прямоугольники грядок, выделявшиеся темным цветом вскопанной земли.
Рядом стояли странные деревянные конструкции, оказавшиеся удобными сушилками для провизии. К ручью вела плотно протоптанная годами узкая земляная тропинка. Рядом возвышался холмик с трубой, из которой и поднимался тот загадочный дым.
Это оказалась настоящая, хорошо обжитая землянка с прочной крышей из веток и дерна. У самого входа в жилище неподвижно застыла человеческая фигура. Женщина совершенно не пыталась убегать или прятаться в лесных зарослях.
Она просто стояла на месте и внимательно смотрела вверх на зависшую машину. На ней было надето нечто вроде просторной рубахи из грубо выделанных шкур. Ее длинные темные волосы с густой сединой были собраны в небрежный узел.
Рябцев сделал над поляной один круг, а затем сразу же зашел на второй виток. Пилот тщательно запоминал все визуальные ориентиры этой скрытой локации. Он отметил характерную излучину ручья и заметную раздвоенную лиственницу на вершине сопки.
Записав точные показания приборов, он полетел дальше по своему маршруту. В северном поселке привезенных медикаментов крайне ждали больные люди. Приземлившись, он первым делом связался по рации со своей диспетчерской базой.
Диспетчер Сазонов выслушал странный доклад и закономерно усомнился в реальности увиденного. Он предположил, что уставшему пилоту могли померещиться временные стоянки местных кочевников. Рябцев твердо отверг эту версию коротким и уверенным отказом.
Он своими собственными глазами видел ухоженные грядки и полноценный огород. Коренные кочевники никогда не занимаются земледелием в условиях дикого леса. Там явно на постоянной основе проживал одинокий человек.
Судя по состоянию хозяйства, эта женщина обитала в глуши уже очень давно. Диспетчер Сазонов пообещал немедленно передать эту необычную информацию своему начальству. Окончив рейс, Рябцев благополучно вернулся на родную базу.
Его встретил заместитель начальника авиаотряда Богушевич со своей собственной версией. Он уверенно заявил, что это, скорее всего, прячется беглый заключенный. Из местной северной колонии недавно сбежали четверо преступников, и одного так и не нашли.
В ответ на эти доводы Рябцев лишь отрицательно покачал головой. Пилот твердо возразил, пояснив, что это точно не криминальный беглец. Настоящие беглые каторжники никогда не тратят время на посадку огородов.
Они постоянно бегут, прячутся и всеми силами пытаются выйти к благам цивилизации. А этот неизвестный человек основательно обустроился и прочно прижился на одном месте. Размеры расчищенной поляны прямо указывали на многолетний непрерывный труд.
Богушевич крепко задумался, а затем согласился доложить обо всем в высшее управление. Начальство решило просто подождать официальной реакции сверху. И здесь необходимо правильно понимать сложный исторический контекст того периода.
На дворе стоял неспокойный и переломный август девяносто первого года. В стране происходил масштабный государственный переворот со сменой верховной власти. На улицах столицы стояли введенные войска, а политические лидеры делили полномочия.
Вся государственная бюрократическая система буквально трещала по швам на глазах. Чиновникам в местном управлении гражданской авиации было совершенно не до таинственного лесного дымка. Опытный пилот Рябцев прекрасно осознавал эту суровую и равнодушную реальность…
