Прошло несколько месяцев.
Артем в основном жил у матери, но ему приходилось ездить туда, где раньше была его жизнь: давать показания, участвовать в следствии, потом появляться в суде. Теперь он мог делать это спокойно. Дениса задержали почти сразу, несмотря на его связи. Викторию тоже нашли. Позже выяснилось, что на похоронах она уже знала о побеге Артема, но верила, что Денис быстро и тихо все исправит.
Не исправил.
Обоим назначили серьезное наказание. Ответили и те, кто помогал им оформлять поддельные бумаги и закрывать глаза на очевидные несостыковки.
Артем уволился, продал квартиру у моря и вернулся в родной поселок. С морем он решил расстаться навсегда — как и со всей прошлой жизнью. Нина не скрывала радости, хотя иногда с тревогой замечала, как сын подолгу смотрит на старые фотографии кораблей.
— Не тянет? — спрашивала она осторожно.
Артем улыбался.
— Нет, мам. Я этой романтики уже на всю жизнь нахлебался.
В родных местах он нашел себе новое дело. Начал заниматься хозяйством: выращивал зерно, держал скот, понемногу расширял землю. Работа была тяжелая, но честная и понятная. Здесь не было обманчивой морской дали, зато была твердая почва под ногами.
Здесь же он встретил настоящую любовь.
Кира приехала в поселок на практику фельдшером — и осталась. Сначала из-за работы, потом из-за Артема. Их свадьба была шумной и веселой: гулял весь поселок. Михаил с Дарьей тоже приехали и с улыбкой показали кольца на безымянных пальцах. Артем рассмеялся, обнял Михаила, и с того дня их семьи стали дружить по-настоящему.
Нина часто думала о том страшном осеннем дне. О закрытом гробе. О голосе, который раздался из толпы. О том, как сердце, уже готовое разбиться окончательно, вдруг снова наполнилось жизнью.
Теперь она знала: даже когда кажется, что всё потеряно, чудо может войти в мир самым неожиданным образом. Материнская любовь не умеет признавать конец, пока у нее остается хоть одна невысказанная молитва.
Сейчас Нина ждала внука. Кира скоро должна была родить сына. И Нина, глядя на Артема, на его спокойную улыбку, на свет в окнах родного дома, думала, что большего счастья ей не нужно. Лишь бы дети были рядом. Лишь бы жили. Лишь бы были любимы.
