Невеста покупала квартиру за свои деньги, но жених ворвался к нотариусу с вестью о больной матери

Он чмокнул её в щёку, отчего Ирину едва не передёрнуло, и вприпрыжку помчался к выходу. Спина его излучала самодовольство.

Ирина дождалась, пока хлопнет входная дверь, подождала ещё ровно десять секунд, а затем развернулась, бросила пластиковый стаканчик в урну и быстрым шагом вернулась в кабинет нотариуса.

— Никуда не расходитесь. Сделка состоится сейчас.

— А мы никуда и не расходились, — невозмутимо сообщила нотариус, пододвигая к ней бумаги. — Ручка там же, где вы её оставили.

Продавцы синхронно заулыбались.

— Правильно, дочка, — шепнула бабушка-продавец. — Видела я таких прытких стервятников! Гони его взашей.

Ирина взяла тяжёлую синюю ручку. Металл холодил пальцы, но это был приятный холод, твёрдый, надёжный. Она оставила свою подпись на каждой странице, расписалась в графике платежей, подтвердила перевод средств из ячейки. Звук шуршащей бумаги показался ей в этот момент лучшей симфонией в мире. Пять миллионов превратились в нерушимые стены, метры и собственность, личную, неприкосновенную. Никакой макаронный инвестор туда свои зубы больше не вонзит. Поблагодарив всех, она забрала свой экземпляр документов, спрятала в сумку.

Когда Ирина вышла на улицу, машина Алексея уже исчезла с парковки. Видимо, решил, что она поехала на автобусе или просто не захотел ждать. Тем лучше. Ей нужно было заехать на работу, перенести пару клиенток и забрать свой рабочий кейс с пигментами. Завтра она собиралась переезжать.