— Боюсь, конечно, — честно сказала Ирина. — Но долг за квартиру пугает меня сильнее.
Шейх впервые едва заметно улыбнулся.
— Честный ответ. Это редкость.
Он отвернулся, будто разговор был окончен.
— Лейла объяснит вам обязанности. У меня совещание.
Он ушел, оставив после себя тонкий аромат сандала и ощущение, будто через комнату пронесся горячий ветер.
Вечером Ирина изучала его медицинское досье. Нестабильный пульс. Боль в груди, не связанная с сердцем. Приступы одышки. Вспышки ярости. Резкие перепады состояния. При этом анализы не показывали серьезных патологий.
«Глубокий стресс», — подумала она.
Но откуда у человека, которому принадлежит почти все, мог взяться такой стресс? Тогда Ирина еще не знала: за этой болезнью стояла тень прошлого, которую не могли рассеять ни деньги, ни власть.
В ту ночь она снова не спала. Издалека доносились шаги. Потом шейх начал кричать во сне. Ирина стояла у двери, сжимая в руке фонендоскоп, и ей хотелось войти, помочь, сделать хоть что-нибудь. Но правила запрещали.
И впервые вместо страха она почувствовала жалость. Тот, кого здесь называли чудовищем, кричал, как человек, потерявший самое дорогое.
Ирина поняла: ее работа во дворце будет не просто лечением. Это станет испытанием для души.
Прошла неделя. Каждый день во дворце был похож на предыдущий, как отражение в идеально отполированном зеркале. Все существовало по строгим ритуалам. В девять утра звучали колокольчики, в полдень слуги проходили по коридорам с золотыми подносами, а по вечерам дворец погружался в почти мистическую тишину.
Шейх редко покидал свои покои. Казалось, он жил в полумраке, будто человек, которого избегает солнце. Иногда Ирина слышала его голос из соседних комнат — резкий, властный, с металлической ноткой. Но когда он говорил с ней, в его тоне появлялась почти незаметная мягкость, словно он сам не понимал, почему не может быть с ней до конца холодным.
Их первый настоящий конфликт произошел в пятницу. Ирина пришла на утренний осмотр, но кровать оказалась пустой. На подушке остался след от головы, а стакан воды на тумбочке был нетронут.
Она нахмурилась и вышла в коридор.
— Где шейх? — спросила она охранника.
— В саду, госпожа.
— В саду? — Ирина резко подняла брови. — Ему нельзя выходить без сопровождения.
Она быстро пошла следом. Дворцовый сад был огромным: фонтаны, белые арки, аллеи жасмина, резные каменные дорожки. Среди белых колонн она увидела его. Шейх стоял у фонтана босиком, в светлой одежде. Вода играла солнечными бликами, а он словно не замечал ни жары, ни мира вокруг. Лицо было бледным, взгляд устремлен куда-то далеко.
— Господин, вам нельзя так! — Ирина подошла ближе, едва сдерживая раздражение. — На улице больше сорока градусов. Вы можете получить тепловой удар.
Он медленно повернулся.
— А если я хочу?
