Марина промолчала.
— Ясно, — сказала Алина уже тише. — Значит, так. Сегодня ты ночуешь у меня. Завтра будем решать, что делать дальше. Всё, идём.
Она взяла сумку из ослабевших рук Марины и повела её домой.
Квартира Алины оказалась просторной и светлой. В ней не было показной роскоши, зато чувствовались тепло, порядок и человеческое участие.
— Марин, вот комната, располагайся, — сказала Алина. — В ванной чистые полотенца и халат. Иди, отмокни как следует. Там шампуни, кремы, всё бери без стеснения. А я пока приготовлю что-нибудь горячее.
За всю дорогу Марина почти не произнесла ни слова. Алина говорила за двоих и понимала: эту женщину нельзя сейчас расспрашивать. Ей нужны горячая вода, еда, тишина и ощущение, что её не выгонят.
Пока Марина была в ванной, Алина чистила картошку и думала о том, как быстро улица ломает человека. В учреждении Марина даже в простой одежде выглядела красивой, собранной, сильной. А теперь жизнь прошлась по ней грубо, оставив следы в лице, в походке, в осторожном взгляде.
Звонок в дверь заставил Алину вздрогнуть. На пороге стоял её старший брат Роман.
— Привет, сестрёнка. Что это у тебя за запах? — он поморщился и заглянул в прихожую. — Ты что, целый приют накормила?
Потом он заметил старую куртку Марины.
— Это от неё?
