«Оксан», — начал он, присаживаясь на край кровати. «Ты не подумай. Я не соглашался на мамино предложение».
«Но может, в нём есть рациональное зерно?» Оксана молча смотрела на него. «Ну смотри», — продолжал он, избегая её взгляда. «Квартира действительно большая для нас троих. Убираться тяжело. Коммуналка дорогая. А так мы получим деньги, сможем…» «Сможем что?» — тихо спросила она.
«Вложить их в ваш гениальный бизнес-проект?» Тарас вздрогнул. «Какой ещё проект?» «Не притворяйся, Тарас. Я всё знаю. Про дачу, про доверенность, про нотариуса». Он смотрел на неё и на его лице отразился страх. Настоящий животный страх разоблачения.
«Ты… Ты откуда знаешь про это, Оксан?» «Это не важно. Важно то, что я знаю. И я не позволю вам этого сделать».
«Оксана, это всё не так. Ты не так поняла?» Он попытался взять её за руку. «Не трогай меня!» Она отшатнулась.
«Я всё так поняла. Вы с твоей матерью решили, что я слабая и глупая. Решили, что меня можно обобрать до нитки и выбросить на улицу».
«Никто не собирался тебя выбрасывать. Мы бы оставили тебе ту двушку». «Оставили бы мне?» Она горько рассмеялась. «Какое благородство! Забрать у меня всё, что было нажито в браке, и оставить мне небольшую квартиру на окраине. Спасибо, Тарас. Ты очень щедрый». Он молчал, понимая, что любые оправдания бессмысленны.
«Я подаю на развод», — сказала Оксана. «И на раздел имущества. И дача, и квартира будут делиться пополам».
«Но квартира моя», — воскликнул он. «Это наследство. Любые улучшения, сделанные в браке, считаются совместным вложением», — отчеканила она, повторяя слова Леси.
«А мы сделали капитальный ремонт. У меня есть все чеки. Так что половина стоимости ремонта — моя. Суд это учтёт». «Ты… Ты всё это время готовилась?» Он смотрел на неё с ужасом и… восхищением. «Я защищала себя, в отличие от тебя».
Он опустил голову. Вся его напускная уверенность испарилась. Перед ней сидел не жестокий предатель, а растерянный слабый мальчик, который боялся ослушаться маму.
Но жалости к нему не было. Была только холодная ледяная пустота. «Уходи», — сказала она.
«Я не хочу тебя видеть». «Но куда я пойду?» «К маме», — пожала она плечами. «Она будет рада. У неё как раз есть для тебя отличный бизнес-план». Он ушёл, не сказав больше ни слова. Оксана слышала, как хлопнула входная дверь.
Всё. Это был конец. Она осталась одна в пустой квартире, но впервые за долгое время не чувствовала себя одинокой.
Она чувствовала себя свободной. Отъезд Тараса к матери не принёс Оксане облегчения. Наоборот, это стало сигналом к началу полномасштабной атаки.
Галина Петровна, поняв, что её планы раскрыты, а сын больше не является надёжным инструментом влияния, перешла к тактике выжженной земли. Она решила уничтожить репутацию Оксаны, её карьеру, её душевное спокойствие, всё, что было ей дорого. Первый удар был нанесён по самому больному.
В клинику «Сердце города» пришло анонимное письмо, полное грязных инсинуаций. В нём утверждалось, что врач Ковальчук Оксана Сергеевна — аморальная личность, бросившая мужа и маленького ребёнка ради карьеры и любовника. Что она халатно относится к своим обязанностям, грубит пациентам и вообще является позором медицинской профессии.
Письмо было написано с таким количеством ядовитых подробностей, что было очевидно — автор хорошо знал Оксану и её жизнь. Роман Васильевич Мельник вызвал Оксану к себе в кабинет и положил перед ней распечатанный текст. «Это пришло сегодня утром на общую почту клиники», — сказал он спокойно, но его глаза были серьёзны.
«Вы можете это как-то прокомментировать?» Оксана читала строчку за строчкой, и её лицо заливала краска стыда и гнева. Каждое слово было ложью, но ложью, искусно смешанной с правдой. Да, она жила отдельно от мужа.
Да, она много работала. Но всё остальное… «Это клевета», — твёрдо сказала она, подняв глаза на начальника. «Это месть моей бывшей свекрови. Мы сейчас в процессе развода, и она пытается таким образом оказать на меня давление». Мельник внимательно посмотрел на неё. «Я вам верю, Оксана Сергеевна. За то время, что вы у нас работаете, вы зарекомендовали себя как первоклассный специалист и порядочный человек. У нас нет к вам никаких претензий. Но…» Он сделал паузу. «Такие письма создают нездоровую атмосферу в коллективе. Слухи уже поползли». Оксана поняла, к чему он клонит.
«Вы хотите, чтобы я уволилась?» — прямо спросила она. «Я этого не говорил». Он покачал головой.
«Но я бы хотел, чтобы вы как можно скорее решили личные проблемы. Репутация нашей клиники для нас превыше всего». Оксана вышла из его кабинета, чувствуя себя оплёванной.
Она знала, что свекровь не остановится на одном письме, будут и другие. И рано или поздно Мельнику надоест эта нездоровая атмосфера. И он найдёт способ от неё избавиться…
