Вставал на рассвете, делал зарядку, следил за питанием. Тренер, сначала скептически относившийся к худощавому, не особенно рослому мальчишке, вскоре изменил мнение. «У него характер», — говорил он Оксане после тренировок.
«А в велоспорте это важнее физических данных. Характер и упорство». На первых соревнованиях Назар был в середине таблицы.
На вторых — уже ближе к лидерам. К концу второго года занятий он выиграл свою первую медаль — бронзовую, на городских соревнованиях среди юниоров. Вернувшись домой, он протянул медаль Оксане.
«Это тебе», — сказал он просто. «Если бы не ты, я бы никогда…» Он не закончил, но и не нужно было.
Оксана поняла. Если бы не она, он никогда не узнал бы, каково это — побеждать. Каково быть обычным мальчишкой, чьи проблемы ограничиваются уроками и тренировками, а не выживанием.
«Мы повесим ее на стену», — сказала она, целуя его в макушку. «В самом видном месте». Эта медаль была первой в череде других.
Назар оказался талантливым спортсменом, с каждым годом его результаты улучшались. Фотография улыбающегося мальчика с кубком в руках появилась на стенде школы в разделе «Наша гордость». Богдан тоже рос здоровым, веселым малышом, без тени тех проблем, которые медики прогнозировали ему после жизни в условиях запущенности и недоедания.
Детский сад, куда он пошел в три года, стал для него источником бесконечных открытий. Он возвращался домой с рисунками, рассказывал о друзьях, пел песенки, которые выучил. В отличие от Назара, для Богдана Оксана всегда была мамой — единственной, которую он знал и помнил.
Он льнул к ней с безоглядной детской нежностью, забирался на колени, когда она работала, засыпал в ее постели, уткнувшись носом в шею. На третью годовщину их совместной жизни Оксана решила устроить праздник. Они пригласили нескольких друзей Назара из школы и велосекции, отмечали в небольшом кафе неподалеку от дома.
Оксана смотрела на своих сыновей — именно так она теперь думала о них, без оговорок и сомнений — и не могла поверить, что это те же дети, которых она встретила три года назад. Назар, теперь уже одиннадцатилетний, вытянулся, окреп. Его тело стало жилистым и сильным от постоянных тренировок.
Волосы выгорели на солнце до пшеничного оттенка, а серые глаза, когда-то смотревшие на мир с настороженностью затравленного зверька, теперь светились спокойной уверенностью. Он больше не вздрагивал от громких звуков, не прятал еду на черный день, не просыпался каждую ночь от кошмаров. Богдан, румяный крепыш с копной каштановых кудрей, не имел ничего общего с бледным худым младенцем в грязном одеяле.
Он рос общительным, ласковым ребенком, любимцем воспитательниц в детском саду. Забирая его после занятий, Оксана часто слышала: «Такой солнечный мальчик, никогда не подумаешь, что был в неблагополучной семье»… И это была правда.
Прошлое постепенно отступало, становилось тусклым воспоминанием, кошмаром, от которого просыпаешься с облегчением. Они были счастливы — настолько, насколько могут быть счастливы люди, прошедшие через боль и научившиеся ценить простые радости. Их маленькая квартира, которую они все это время обустраивали вместе, стала настоящим домом — с фотографиями на стенах, с детскими рисунками на холодильнике, с коллекцией моделей кораблей, которые Назар собирал с терпением настоящего мастера.
Финансово им все еще приходилось считать каждую копейку. Зарплата Оксаны как редактора плюс пособия на детей позволяли держаться на плаву, но без излишеств. Велоспорт требовал все больше вложений по мере того, как Назар переходил на новые уровни соревнований.
Иногда помогали благотворительные фонды, которые поддерживали талантливых детей из малообеспеченных семей. Но Оксана хотела большего — не только для себя, но и для мальчиков. Она всегда любила создавать что-то своими руками.
Еще в детстве шила куклы, придумывала им истории, характеры. Потом жизнь закрутила, и хобби осталось в прошлом. Однажды, разбирая старые вещи, она нашла коробку с лоскутами, нитками, пуговицами.
Богдан тут же заинтересовался яркими тканями, и Оксана, поддавшись порыву, быстро сшила ему примитивного тряпичного зайца. Малыш был в восторге. Не выпускал игрушку из рук, спал с ней в обнимку.
А когда одна из мам в детском саду увидела зайца, то попросила сделать такого же для ее дочери. Так появился первый заказ. За ним второй, третий.
Оксана шила по вечерам, после основной работы, когда дети уже спали. Сначала простые игрушки, потом все более сложные — с проработанными деталями, с характером. Каждая была неповторимой, с собственной историей.
Это приносило не только дополнительный доход, но и радость творчества, которой ей так не хватало. На третью годовщину, в тот самый день, когда они праздновали в кафе, Оксана решилась на важный шаг. «У меня есть новость», — сказала она, когда торт был съеден, а подарки вручены.
«Я нашла помещение для мастерской». Назар удивленно поднял брови. «Мастерской?»
«Для моих игрушек», — Оксана улыбнулась. «Небольшое помещение в соседнем квартале, бывший швейный цех. Я смогу проводить там мастер-классы, принимать заказы. У меня будет свое дело».
«Это же здорово!» — Назар просиял, и в его глазах Оксана увидела искреннюю радость за нее. «Ты давно об этом мечтала». «Давно», — она кивнула…
Обсуждение закрыто.