На третий день отдыха они купили экскурсию у отельного гида. Стандартный туристический маршрут: поездка на открытых джипах по пустыне, катание на квадроциклах, традиционный ужин в деревне бедуинов. Гид, молодой парень с набриолиненными волосами и беглым русским, обещал полностью аутентичный опыт. Он гарантировал полное погружение в местную культуру и безопасный экстрим.
Мелкий песок скрипел на зубах при каждом вздохе. Тяжелый джип подбрасывало на песчаных барханах, мотор надрывно ревел, захлебываясь в горячем воздухе. Лена сидела рядом, крепко держась за раскаленную металлическую дугу безопасности. На ее узком запястье болтался тонкий плетеный браслет, купленный у уличного торговца всего за один доллар.
Деревня бедуинов оказалась обычным набором пыльных брезентовых шатров, растянутых между редкими, чахлыми пальмами. Уставших туристов рассадили на выцветшие синтетические ковры, брошенные прямо на утрамбованный песок. Местные мальчишки разносили горячий, приторно-сладкий чай в крошечных стеклянных стаканах с золотой каймой.
Солнце начало стремительно клониться к горизонту, окрашивая пустыню в насыщенный ржавый цвет. Гид громко хлопнул в ладоши, созывая разбредшуюся группу обратно к стоящим в ряд машинам. Лена поставила свой пустой стакан на круглый деревянный поднос.
— Я отойду на одну минуту, — сказала она, указывая в сторону небольшого каменного строения за крайним навесом.
Александр молча кивнул, сосредоточенно стряхивая мелкую пыль с объектива цифрового фотоаппарата.
Прошло больше десяти минут. Двигатели джипов уже ритмично работали, выбрасывая в вечерний воздух едкий сизый дым. Александр подошел к каменному строению. Внутри было абсолютно пусто. Резко пахло мочой и сырой известью. На затоптанном земляном полу валялась только смятая пластиковая бутылка.
Он медленно обошел постройку кругом. Дальше начиналась бескрайняя, однотонная пустыня, поглощающая звуки. Следы легких сандалий на песке обрывались в нескольких метрах от стены, полностью стертые порывом сухого ветра. Александр быстрым шагом вернулся к машинам. Гид нервно смотрел на массивные часы.
— Где ваша супруга? Нам пора ехать, темнеет очень быстро.
— Ее там нет. Я проверил.
Гид равнодушно пожал плечами, быстро переговариваясь с водителем на резком местном диалекте.
— Наверное, пошла к другой группе туристов. Поищите в соседнем шатре, они скоро уезжают.
Александр методично обошел стоянку трижды. Заглядывал под каждый пыльный навес. Спрашивал людей из других машин, показывая фото на экране камеры. Никто ничего не видел. Женщина в светлом льняном платье просто растворилась в раскаленном сумеречном воздухе.
В центральный полицейский участок ближайшего города они попали только поздней ночью. Просторное помещение освещала всего одна тусклая лампа без плафона. Под высоким потолком лениво крутился ржавый вентилятор, просто гоняя горячий воздух по кругу. За обшарпанным деревянным столом сидел грузный офицер в расстегнутой на две пуговицы форменной рубашке.
Он медленно печатал что-то на старой, пожелтевшей клавиатуре, вбивая буквы одним указательным пальцем. Александр стоял прямо перед столом, опершись кулаками о столешницу. В его руках была смятая ксерокопия паспорта Лены.
— Она не могла просто так потеряться. Там голая пустыня на десятки километров вокруг.
Офицер даже не оторвал взгляд от выпуклого монитора. Глубоко затянулся дешевой сигаретой, выпустив густой дым в сторону открытого окна.
— Туристы очень часто теряются. Заблудилась в темноте. Завтра рано утром пошлем патруль. Сейчас ночь, никто в пустыню не поедет.
Александр с силой сжал копию паспорта. Тонкая бумага влажно хрустнула под потными пальцами.
— Вы не понимаете. Следы обрываются у стены. Ее нужно искать прямо сейчас. С собаками, с машинами.
Офицер с шумным вздохом выдохнул. Медленно положил тлеющую сигарету в переполненную жестяную пепельницу.
— Собаки? Вы пересмотрели кино, мистер Савельев. Идите в свой отель. Утром ваша жена найдется. Это обычное дело.
Звук тяжелого металлического штампа, опустившегося на какую-то бланковую бумагу, прозвучал в душной тишине как ружейный выстрел. Александр посмотрел на часы. Время начало свой новый, страшный отсчет.
Утро принесло удушающий зной и абсолютную пустоту. Патруль выехал только после девяти часов, когда песок уже обжигал подошвы ботинок. Полицейский внедорожник лениво сделал два круга вокруг стоянки бедуинов, подняв столбы густой пыли. Офицер, не выходя из кондиционированного салона, поговорил с местным старейшиной. Тот медленно развел руками в стороны, показывая пустые, мозолистые ладони.
Александр наблюдал за этим через стекло арендованной машины. На пассажирском сиденье лежала стопка свежеотпечатанных листовок с черно-белой фотографией Лены. Краска слегка размазалась из-за неисправного картриджа в дешевом отельном принтере. За ночь он обошел все ближайшие гостиницы, оставляя бумаги на стойках регистрации. Большинство ночных портье просто смахивали листы в мусорную корзину, как только он поворачивался спиной.
Через три дня срок туристической путевки истек. Администратор отеля, вежливо улыбаясь одними губами, положил на мраморную стойку итоговый счет. Электронный ключ-карта от номера был заблокирован ровно в полдень. Александр стоял в просторном холле рядом с двумя чемоданами. Его спортивная сумка была почти пустой, а синий пластиковый чемодан Лены казался налитым свинцом.
Он опустился на одно колено прямо посреди снующей толпы расслабленных отдыхающих. Пальцы нащупали плотный пластик на выдвижной ручке чемодана. Александр резким, коротким движением сорвал новую желтую багажную бирку. Тонкий силиконовый ремешок сухо лопнул. Бирка легла в карман джинсов, холодным пятном прижавшись к бедру…
