Савчук толкнул массивную дубовую дверь своего кабинета. Она была его гордостью — тяжелая, сделанная на заказ, со специальным звукоизолирующим наполнителем. Когда она закрывалась, раздавался мягкий, глухой щелчок, и кабинет превращался в герметичный бункер.
Он сел в свое огромное кожаное кресло, с наслаждением откинулся на спинку и сделал глоток кофе. Открыл ноутбук, ввел сложный пароль. Тишину нарушало лишь легкое гудение вентиляции.
Часы на экране компьютера показывали 10:15, когда привычный ритм его мира дал первый сбой.
Сначала Савчук даже не понял, что произошло. По поверхности кофе в чашке вдруг пробежала мелкая рябь. Спустя секунду до его слуха донесся низкочастотный гул. Гул шел откуда-то снизу, со стороны парадной лестницы, и быстро нарастал.
Савчук нахмурился и потянулся к селектору.
— Марина. Что там за шум? Ремонтники опять?
Из динамика раздался лишь треск. Затем связь резко оборвалась.
Раздражение Савчука сменилось холодным беспокойством. В коридоре происходило что-то ненормальное. Гул превратился в отчетливый, тяжелый грохот шагов.
Чиновник резко поднялся. Он одернул пиджак и сделал несколько шагов к двери. Но не успел его палец коснуться ручки, как шаги стихли прямо за дверью.
В наступившей тишине Савчук услышал короткий металлический лязг. Затем спокойный, властный мужской голос произнес:
— Работаем.
В следующую секунду мир Александра Сергеевича Савчука взорвался.
В дверь ударило с чудовищной силой. Оглушительный грохот сотряс стены. С потолка посыпалась штукатурка.
Савчук упал на четвереньки. Его глаза расширились от ужаса. Массивная дубовая дверь четвертого класса защиты угрожающе выгнулась внутрь. По лакированной поверхности поползли трещины.
— Эй! Вы что творите?! Охрана! — попытался закричать он, но голос сорвался…
