— 38,7.
— Могло подняться с прогулки? — спросил он.
— Она не мерзла. Была тепло одета.
Катя убрала термометр, вернулась к дочери. Алексей слышал, как она разговаривает с Варей негромко, как укрывает ее, как девочка что-то отвечает сонным голосом.
Он вышел на веранду, проверил телефон. Сеть — одно деление, плавающее. Интернет не работал. Он вспомнил, что видел на кухне у Нины Васильевны стационарный телефон. Старый, дисковый, но рабочий. Соседка упоминала, что линия держится даже тогда, когда мобильная сеть пропадает.
Он зашел обратно в дом.
— Я к Нине Васильевне. Позвоню знакомому врачу из Киева.
Катя подняла голову.
— У вас есть знакомый врач?
— Есть. Педиатр. Хороший специалист. — Он уже надевал пальто. — Вы пока перемерьте через полчаса. Если выше 39, начните обтирать. Прохладная вода, не холодная, полотенцем.
— Я знаю, — сказала она. Но не резко, просто как констатация.
— Знаю, что знаете. Говорю, что бы делал я, пока звоню.
Он вышел.
Нина Васильевна не удивилась его позднему визиту. Открыла сразу, как будто и не ложилась. Провела к телефону в коридоре, сказала: «Говори, сколько нужно», и деликатно ушла на кухню.
Алексей набрал номер Сергея Башкирова. Они были знакомы лет двенадцать. Еще с тех времен, когда Сергей только заканчивал ординатуру. Сейчас заведующий педиатрическим отделением в хорошей столичной клинике. Алексей помогал ему однажды с арендой помещения под частный кабинет. И Сергей с тех пор говорил: «Звони, если что».
Трубку взяли после четвертого гудка.
— Сережа. Башкиров.
— Сережа, это Дементьев. Извини за время.
— Леша! — Голос стал живым. — Всё нормально?
— У меня — да. Есть ребенок рядом, девочка, три с половиной года. Температура 38,7, нарастала в течение вечера. До этого была вялая, от еды отказалась, жалуется на головную боль. Насморка и кашля нет.
Пауза, Сергей думал.
— Горло смотрели?
— Сейчас уточню.
Алексей прикрыл трубку, крикнул в сторону кухни:
— Нина Васильевна, у вас есть фонарик?
— В ящике стола, сейчас принесу.
Через минуту он снова говорил с Сергеем:
— Фонарик есть, передам.
— Горло, миндалины, налет — нужно посмотреть. Передай маме: посветить, попросить сказать «Ааа». Посмотреть, красное ли горло и есть ли белые точки или налет на миндалинах. Потом перезвони.
Алексей вернулся в материн дом с фонариком. Катя взяла его без лишних слов, зашла к Варе. Девочка уже спала неспокойно, переворачивалась, хмурилась. Катя осторожно разбудила ее, попросила открыть рот. Варя подчинилась сонно и недовольно.
— Горло красное, — сказала Катя. — Налета нет. Точек нет.
— Хорошо.
Алексей запомнил и пошел обратно к телефону.
Сергей выслушал.
— Скорее всего, вирусное, не бактериальное. Налета нет — это хорошо. Первое: жаропонижающее. Есть в доме?
— Катя! — позвал Алексей из коридора. — Жаропонижающее детское есть?
— Есть сироп, — ответила она. — Почти полный флакон.
— Есть, — передал Алексей.
— Отлично. Дать по весу ребенка, по инструкции. Если выше 39 поднимется — физическое охлаждение, прохладное обтирание, не укутывать. Обильное питье: вода, морс, слабый чай с медом, если нет аллергии. Антибиотики не нужны, самостоятельно не давать. Если к утру выше 39 держится или появятся новые симптомы: сыпь, рвота, ригидность затылка — это уже вызов скорой, невзирая на расстояние. Понял?
