Жизнь без прикрасРука Максима замерла. Он знал это движение: так заранее готовятся к удару. Неприятно сжалось внутри.
— Что вы собираетесь с ним сделать?
— В пятницу избавлюсь. Только место занимает.
До пятницы оставалось несколько дней. Щенка собирались усыпить. Максим помолчал, затем спросил:
— Сколько?
— Что? — Мельник не понял.
— Сколько хотите за него?
— Вы серьёзно?
— Скажите цену.
— Триста долларов, — усмехнулся Мельник. — Только потом без претензий. Может до конца жизни остаться трусом. Охранника из него точно не получится.
— Охранник мне не нужен, — Максим поднял на него глаза.
Клетку он открыл осторожно, но скрип металла всё равно заставил щенка дёрнуться. Максим не потянулся внутрь: оставил дверцу открытой, несколько секунд подождал и встал.
— Пойду за деньгами.
Сделал один шаг к выходу, за ним второй. По бетону сзади быстро заскребли когти, и что-то ударилось о его ногу.
Щенок выскочил следом. Обеими передними лапами он охватил ботинок, а маленькими зубами осторожно сжал толстую кожу. Не кусал — держал. Прижался к ноге так, словно вся его жизнь зависела от того, сумеет ли он остановить этого человека.
Максим посмотрел вниз и встретился с янтарными глазами. Страх оставался в них, но теперь вместе с ним была отчаянная надежда.
— Отцепись! — Мельник раздражённо шагнул к щенку.
Тот сразу пригнулся. Максим встал между собакой и владельцем.
— Не трогайте его.
Он не повысил голоса. От этого предупреждение прозвучало ещё серьёзнее. Мельник остановился.
— Забирайте. Мне без разницы.
Через десять минут на стол легли три стодолларовые купюры. Взамен Максим получил короткую расписку о продаже. Щенка вынес на руках: тот почти ничего не весил, под шерстью легко прощупывались рёбра.
Открыв пассажирскую дверь, Максим бережно усадил его. Несколько секунд щенок не двигался, потом придвинулся и прижался боком к ноге нового хозяина. Максим запустил двигатель.
— Значит, едешь со мной.
Пёс поднял голову. Впервые за много недель Максим чуть улыбнулся.
— Тогда давай тебе имя. Будешь Дружком.
Он посмотрел на дорогу и поехал. До города было чуть больше часа, и почти вся дорога пугала Дружка. Проходил по соседней полосе грузовик — щенок вздрагивал. Раздавался гудок — распластывался на сиденье. От грохота обогнавшего их мотоцикла он попытался спрятаться под приборной панелью.
Максим не удерживал его силой и не ругал. Положил ладонь на спину.
— Всё в порядке. Мы едем по дороге, вот и весь шум.
Сами слова едва ли были понятны щенку. Голос действовал иначе: Дружок понемногу перестал метаться, вернулся к ноге Максима и прижался к ней.
За заботой о нём Максим заметил непривычную вещь. Он давно не проводил столько времени, не проверяя собственное дыхание, не прислушиваясь к шуму в голове и не возвращаясь мыслями к старым эпизодам. Сейчас всё внимание требовалось тому, кто боялся окружающего мира ещё сильнее, чем он.
Квартира находилась на первом этаже неприметного жилого комплекса в северной части города. Максим выбрал её из-за отсутствия лестниц, соседей над головой и людных коридоров. Внутри вещей было мало: диван, телевизор на дешёвой тумбе, кухонный стол со стульями. В спальне вместо кровати лежал матрас.
Дружок задержался на пороге, осторожно понюхал воздух. Продвинулся на один шаг, на второй, а потом стремительно пересёк кухню и забился под стол. Максим снял ботинки, присел на корточки, сохранив расстояние.
— Хорошо устроился. Я, пожалуй, тоже выбрал бы это место.
Неподалёку он поставил воду. В холодильнике нашлась куриная грудка; Максим сварил её без соли, смешал с рисом и оставил рядом тарелку. Дружок из укрытия не вышел.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.